Когда шотландцы заметили, что англичане расположились таким образом, то оставили несколько дозорных на тех местах, где они выстраивали свои отряды, а сами отступили в свой стан и развели столько костров, что удивительно было поглядеть! А потом, между полуночью и рассветом, они подняли столь великий шум, дружно трубя в свои рожки и большие рога и вопя все в один голос, что англичанам могло показаться, будто там собрались все дьяволы преисподней, дабы их устрашить. В таком вот тягостном положении провели англичане ту ночь. И было то в канун дня Святого Петра, в начале августа, в год Милости 1327[270].-II[271]
Когда настало утро, поднялось солнце, красивое и яркое. Воздух хорошо прогрелся, что было весьма кстати. Тогда сеньоры отслушали мессу, а по ее окончании велели всем воинам вооружиться и построиться тремя полками, как и днем ранее. Увидев английские построения, шотландцы тоже хорошо построились на прежнем месте, как накануне. Оба войска оставались в строю весь день, до самого вечера, и все это время шотландцы никак не показывали, что собираются спуститься к англичанам. Также и англичане не могли к ним приблизиться и атаковать их, не понеся при этом слишком большого урона.
Многие опытные воины на английской стороне, имевшие достаточно выносливых лошадей, переправились через реку верхом, а некоторые даже перешли ее пешком, дабы завязать с противником стычку. Кое-кто из шотландцев тоже покинул ряды своего войска. И стали они сражаться друг с другом, то налетая, то откатываясь назад, так что вскоре с обеих сторон появились и раненые, и пленные, и убитые.
Наконец, после полудня, английские сеньоры распорядились, чтобы все воины возвращались в лагерь, поскольку было ясно, что они стоят там напрасно. Многие это сделали с готовностью, ибо они утомились, проголодались и испытывали досаду оттого, что ничего не могли совершить.
Так провели англичане три дня на одном берегу реки, а шотландцы — на другом, не сходя со своей горы. Тем не менее, воины с обеих сторон ежедневно затевали большие стычки, которые часто завершались чьей-нибудь смертью или пленением. Каждый вечер и каждую ночь шотландцы по своему обыкновению разводили столь большие костры и поднимали такой сильный шум, трубя в рога и горланя все разом, что англичанам взаправду казалось, будто там, по прямому сговору, собрались все черти преисподней.
Поскольку атаковать шотландцев было нельзя, английские сеньоры задумали держать их на горе, словно в осаде. Они надеялись извести шотландцев голодом, полагая, что им не достать никаких припасов и не уйти с горы, чтобы вернуться в свою страну. От захваченных пленников англичане хорошо знали, что у шотландцев совсем нет запасов хлеба, вина и соли. Зато у них было очень много скотины, захваченной в том краю, и они могли поедать ее мясо и вареным и жаренным, по своему выбору. Отсутствие хлеба и соли их мало заботит — лишь бы у них было немного муки, которую они изредка используют, как рассказано мною выше[272]. Точно так же ее используют и некоторые англичане в случае крайней нужды.
На четвертый день, утром, англичане стали оглядывать гору, на которой закрепились шотландцы, но не увидели ни души, ибо еще в полночь шотландцы оттуда ушли. Охваченные великим изумлением, сеньоры не могли представить, куда исчез противник. Поэтому они немедля послали в горы конных и пеших разведчиков. Те нашли шотландцев примерно в час прим. Теперь их лагерь располагался возле той же самой реки, но на горе еще более обрывистой, нежели прежняя. Кроме того, он был укромно спрятан в одном леске, дабы шотландцы могли незаметно уходить из него и возвращаться назад, когда пожелают.
Лишь только король услышал эту весть, войску было велено сниматься с лагеря, идти прямо к шотландцам и расположиться напротив них на другой горе.
Едва завидев приближающихся врагов, шотландцы вышли из своего стана и начали тщательно строиться, довольно близко от реки, напротив англичан. Но они ни разу не пожелали спуститься вниз, а англичане никак не могли к ним подступиться из-за великой опасности потерять всех воинов утонувшими, убитыми или пленными.
