Хроники 1325 – 1340 полностью

^I-В этом положении, которое я вам описал, оставались англичане 22 дня на этой второй горе, напротив шотландцев. Некоторые добровольцы постоянно завязывали стычки, и почти каждый день по одному, а то и по два раза, оба войска выстраивались друг против друга. Очень часто, когда воины уходили в свой лагерь и снимали доспехи, вдруг раздавались крики: «К оружию! Шотландцы перешли реку!» Поэтому им приходилось вооружаться снова, а затем оказывалось, что тревога ложная[275]. В добавление к этому, после того, как мессир Вильям Дуглас совершил набег, о котором вы слышали, им приходилось каждую ночь, посменно, нести дозор с трех сторон от своего лагеря. Английские сеньоры посылали в каждую такую заставу целых 200 латников. Им ежедневно доносили, что шотландцы собираются напасть на них под покровом ночи, ибо они больше не могут держаться на своей горе и терпеть такой голод. Эти вести, как никакие иные, заставляли англичан более внимательно стеречь подступы к своему лагерю. Ночное бдение в дозорах их сильно изматывало, вместе со скудостью и неустроенностью, которую они терпели. Однако эннюерцам и другим рыцарям, служившим под началом мессира Жана д’Эно, было еще тяжелее. Им приходилось нести сразу две стражи: одну — с сеньорами Англии по распоряжению маршалов, а другую — в своем стане, из опасения перед английскими лучниками, которые ненавидели их даже сильнее, чем самих шотландцев. Лучники часто высказывали им это в лицо и называли их убийцами, укоряя за тот яростный и жестокий бой, который они дали им в Эбрюике.

Поэтому эннюерцы постоянно, и днем и ночью, испытывали очень сильную тревогу, остерегаясь шотландцев, которые находились столь близко от них, опасаясь английских лучников, которые располагались средь них, и страшась познать еще больший голод и большие тяготы из-за слишком долгого пребывания там.^-II[276]

На восемнадцатый день в стычке был пленен один шотландский рыцарь, который очень упорно не желал рассказать английским сеньорам о положении дел в шотландском лагере. Тем не менее, его допрашивали столь долго и настойчиво, что он, наконец, кое-что открыл в обмен на обещание отпустить его за легкий выкуп. И сказал он, будто бы этим утром шотландские предводители решили между собой, что на закате каждый должен вооружиться и следовать за знаменем монсеньора Вильяма Дугласа в ту сторону, в которую он захочет пойти, и что каждый должен держать это в тайне. Но рыцарь точно не знал, что задумал мессир Вильям Дуглас.

Когда английские сеньоры это услышали, то устроили долгое совещание, но как ни старались — не могли разгадать замысел шотландцев. Исходя из слов пленника, они решили, что шотландцы наверняка собрались сделать ночную вылазку и напасть на их лагерь, вклинившись в него сразу с двух сторон, дабы, всецело положившись на удачу, либо победить, либо умереть, так как они не могут больше терпеть этот голод. Поэтому сеньоры сообща постановили, чтобы английское войско было построено тремя ратями в трех местах перед лагерем, и чтобы между ними развели большие костры, дабы они лучше видели друг друга ночью; и чтобы все воины спали в доспехах на этих позициях, ожидая Божьего случая, дабы в нужный момент быть в полном сборе; и чтобы все слуги остались в лагере и стерегли лошадей.

Все было сделано в точном соответствии с приказом, и каждый воин провел эту ночь в полном доспехе, под знаменами, на позиции между кострами, положив голову на зад или ноги своему товарищу.

Когда стало светать, два шотландских горниста наткнулись на одну из застав, стерегших подступы к лагерю. Их задержали и отвели к сеньорам и королевским советникам. И сказали горнисты: