Кроме того, находившиеся подле него сеньоры, чьим советам он неукоснительно следовал, не дали ему слишком долго прохлаждаться. Они сказали, дабы встряхнуть и распалить его:
«Сир, [восходя на престол], вы торжественно поклялись свои королевским достоинством, что будете беречь, охранять, защищать и приумножать права и владения английской короны. Поэтому, если вы оставите в руках шотландцев добрый город Бервик и прекрасный замок Роксбург, которые являются ключами от англо-шотландской границы, вы не исполните должным образом вашей клятвы, и от этого пострадает ваша честь и сократятся ваши наследственные владения. И вас, такого молодого и многообещающего государя, станут меньше чтить и страшиться! Все, кто услышит разговоры об этом, смогут сказать, что из-за нехватки смелости и по сердечному малодушию, которое вовсе не пристало юному государю, вы так плохо защищаете ваши права.
Ведь через Бервик и замок Роксбург шотландцы в любой день могут войти и вторгнуться вглубь вашего королевства! А вот если вы отвоюете эти твердыни, некогда принадлежавшие вашим предшественникам, — этого не случится. Вы легко можете это сделать, если пожелаете, ибо за последние три года силы шотландцев очень ослабли и сократились. Тем не менее, они ведут себя надменно и заносчиво, мало считаясь с вашей страной.
Как нам часто рассказывают люди, живущие в Ньюкасле-на-Тайне, Бранспи-те, Перси, Урколе и других замках, пограничных с Шотландией, шотландцы им грозятся и обещают, что совершат еще более глубокое вторжение в вашу страну, чем это сделал король Роберт, — пусть только немного подрастет их государь, король Дэвид. И заявляют они, что вы согласились выдать свою сестру за их короля, поскольку хотели их задобрить и спасти свою страну от ратного разорения.
Вот о каких вещах, и даже о еще более тревожных — всех не перескажешь! — мы постоянно узнаем от пограничных жителей. Этих угроз и оскорблений нельзя стерпеть. Поэтому мы вас просим, чтобы вы срочно созвали ваш совет и приняли надлежащее решение».
Короля Эдуарда Английского так возмутили и настроили против шотландцев, что он велел возвестить о проведении в Лондоне превосходного празднества с джострою, в которой, со стороны защитников, будут участвовать тридцать рыцарей и тридцать оруженосцев. И повелел он, чтобы все знатные мужи и прелаты были в Лондоне ко дню Сретения Божьей Матери[347], в год 1331. Все явились, как было приказано, и состоялся там праздник, пышный, роскошный и с хорошей джострой.
На эти торжества съехалось множество великих сеньоров. Был там и мессир Жан д’Эно с одиннадцатью рыцарями своей земли. Из рыцарей-зачинщиков приз лучшего воина получил сир де Фаньоль[348], который находился в свите монсеньора де Бомона, а из оруженосцев-зачинщиков — Франк де Халь[349], который пока еще не был рыцарем, но в том же году стал таковым, воюя в Шотландии вместе с английским королем.
Великие торжества и ристания шли в Лондоне восемь дней подряд при огромном стечении сеньоров, дам и благородных девиц. В конце восьмого дня, по завершении празднества, король созвал всех советников от трех сословий: прелатов, графов, баронов, рыцарей и горожан, мудрых и именитых.
