Когда Филипп де Валуа первый раз въехал в Париж как король, его приняли там с большим почетом и ликованием. Все улицы, по которым он ехал к себе во дворец, были покрыты и украшены золотой парчой. Его сопровождали король Богемский и король Наваррский, а в его свите находилось столько великих сеньоров, что и не счесть. Было бы слишком утомительно описывать великие празднества и торжества, устроенные в честь короля как в Париже, так и в иных местах, где он принимал присягу у своих добрых горожан и оммаж у своих вассалов. Все повиновались ему как королю, и это было разумно, ибо он стал королем по выбору и согласию двенадцати пэров Франции и видных баронов этого королевства.
В том же году, когда состоялась его коронация, король Филипп письменно потребовал от юного короля Эдуарда Английского, чтобы тот приехал к нему и принес оммаж за графство Понтьё и за все земли, которые он держал в Гаскони и за которые полагалось приносить оммаж французскому королю. Услышав эту новость от французских послов, король Эдуард принял их столь почетно и торжественно, сколь умел, и заставил их прогостить в Лондоне целых пятнадцать дней. Тем временем он посоветовался, чтобы узнать, как ему следует поступить. В его совете рассудили, что он обязан исполнить требуемое. Тогда он ответил посланцам короля Филиппа, что подготовится и в скором времени прибудет во Францию. Этот ответ пришелся посланцам весьма по душе. Они отбыли от короля очень довольные, с превосходными подарками и драгоценностями, которые были им пожалованы из любви к французскому королю.
Итак, случилось в ту пору, что юный король Английский, намереваясь принести оммаж королю Франции, переплыл море и прибыл в королевство Французское, сопровождаемый очень многими людьми своей страны — самыми знатными и самыми мудрыми. Он нашел короля Филиппа в Амьене. Тот поджидал его, окруженный весьма пышной свитой, в которой находились три короля: король Богемский, король Наваррский и король Майоркский[340].
Королю Англии был оказан очень почетный и радушный прием. На протяжении шестнадцати дней в его честь устраивались джостры, бегуры и застолья, роскошные и торжественные. Король Франции каждый день дарил королю Эдуарду и его людям какие-нибудь красивые драгоценности. И принес король Английский оммаж королю Филиппу за графство Понтьё, которое он держал от него, и за все гасконские земли, вассальные по отношению к французской короне[341]. После церемонии оммажа король Эдуард вместе со всей своей свитой выехал из Амьена и вернулся назад в Англию, а король Франции вернулся в окрестности Парижа.
Вам уже было рассказано о том, как юный король принес оммаж королю Франции, и о том, как он женился на дочери графа Эно, госпоже Филиппе, которая была самой щедрой, самой учтивой и вообще самой лучшей из всех дам, когда-либо живших на свете. Далее вы еще о ней услышите, если у меня хватит времени продолжить эту книгу.
Вам также было подробно рассказано о том, как король Эдуард выступил в поход против шотландцев и испытал много тягот, стремясь с ними сразиться, о том, как шотландцы под покровом ночи покинули свой лагерь и скрылись от англичан, о том, как между двумя странами было заключено трехгодичное перемирие, которое очень хорошо соблюдалось, и о том, как король Англии выдал свою юную сестру замуж за юного короля Дэвида Шотландского. А еще прежде этого вы узнали, как были казнены Диспенсеры и их приспешники.
После этих событий юный король Эдуард Английский правил и действовал, обычно следуя советам госпожи своей матери, своего дяди монсеньора графа Кентского, монсеньора Генриха Ланкастера по прозвищу Кривая Шея и мессира Роджера Мортимера, так что ничего не решалось и не вершилось без их одобрения.
Но вот случилось, что вражда, которая никогда не дремлет, проникла в сердце мессира Роджера Мортимера, и возненавидел он графа Кентского столь сильно, что показал это на деле. Он насплетничал и внушил королю, что названный граф Кентский хочет его поскорей отравить и убить, поскольку мечтает завладеть короной на правах его ближайшего родственника. Мать короля, госпожа Изабелла, поддержала этот навет и донос, а король поверил ему тем более легко, что еще совсем недавно скончался его брат, Джон Элтемский[342]. Поэтому приказал он схватить своего дядю, графа Кентского, и обезглавить на глазах у всего народа. Граф, как ни пытался, не смог добиться помилования, хотя за ним не было никакой вины[343]. Тогда все жители Англии, малые и великие, простые и знатные, были очень сильно возмущены и расстроены. Сеньор Мортимер стал им после этого весьма не по сердцу, ибо они не сомневались, что именно по его совету и наущению был казнен благородный граф Кентский, коего все считали добропорядочным и честным человеком. Никогда впоследствии сир Мортимер не пользовался у англичан прежней любовью.
