Англичане и бретонцы, которые находились перед барьерами и умышленно отвлекали на себя воинов из лагеря, сражались до тех пор, пока два рыцаря не были спасены. Весть об этом достигла французских сеньоров, участвовавших в стычке, и было им сказано:
«Господа, Господа! Вы плохо стережете ваших пленников! Воины из Энбона их уже отбили и увозят в свою крепость!»
Когда мессир Людовик Испанский, который вел наступление, услышал это, то жестоко разгневался и счел себя полностью обманутым. Он спросил, в каком месте находятся англичане и бретонцы, спасшие пленников. Ему ответили, что они уже укрылись или вот-вот укроются в крепости. Тогда мессир Людовик Испанский, совсем раздосадованный и огорченный, вышел из боя и направился в свой стан. Все другие воины тоже начали отступать. Однако при этом они взяли в плен двух бретонских рыцарей, которые сражались на стороне графини и слишком далеко выдвинулись вперед. То были сир де Ландерно и кастелян Генгана. Мессир Карл де Блуа испытал от этого большую радость.
После того как противники отступили в разные стороны — в Энбон и в лагерь, англичане устроили большое веселье и ликование по поводу благополучного возвращения двух своих рыцарей. При этом они очень сильно хвалили монсеньора Готье де Мони, утверждая, что пленники были спасены благодаря его находчивости и отважной решимости. Так обстояли дела на той и на другой стороне.
Когда наступила ночь, двух пленных бретонских рыцарей привели в шатер монсеньора Карла де Блуа. Там их стали весьма умело и настойчиво уговаривать перейти на его сторону. В конце концов пленники принесли ему клятву верности, оммаж и отступились от графини, которая прежде сделала им много добра и пожаловала немало подарков. Поэтому в городе Энбоне очень сильно возмущались, обсуждая их поступок.
Эта глава соответствует по содержанию главе 69 «Амьенского манускрипта».
Когда мессир Карл де Блуа прибыл в Карэ, то постарался навести порядок в своих делах и гарнизонах. И вот случилось, что его маршалу, монсеньору де Бомануару, повстречался один богатый, видный купец из города, именуемого Жюгон. Его схватили, доставили в Карэ и отвели к монсеньору Карлу де Блуа. Этот купец поставлял всевозможные припасы госпоже графине де Монфор в Энбон и другие места. Он пользовался большой любовью и доверием у себя в городе Жюгоне, который был весьма удачно расположен и сильно укреплен. Так же обстояло дело и с местным замком, красивым и мощным. От имени графини де Монфор, кастеляном замка был один рыцарь, весьма благородный человек, коего звали монсеньор Жерар де Рошфор.
Будучи схвачен, жюгонский купец очень испугался, что его казнят, и предложил за себя выкуп. Однако мессир Карл де Блуа велел устроить ему строгий допрос и дознание о разных делах. В конце концов купец согласился предательски сдать крепкий город Жюгон и открыть французам одни из ворот под покровом ночи, ибо он пользовался в городе таким доверием, что хранил ключи у себя. В подтверждение договора он оставил своего сына в заложниках, а названный мессир Карл обещал отписать ему пятьсот ливров наследственной земельной ренты.
Когда назначенный срок настал, ворота были открыты. В полночный час мессир Карл де Блуа и его люди вошли в город Жюгон с большими силами. Стража замка их заметила и начала кричать: «
Когда настал день, мессир Карл и его люди расположились на постой в домах горожан и взяли там всё ценное. Видя, что замок очень мощно укреплен, но при этом до отказа набит горожанами, мессир Карл сказал, что не уйдет до тех пор, пока не получит его в свою волю.
Кастелян и горожане сразу сообразили, что их предал означенный купец. Поэтому они его схватили и немедленно повесили на зубце стены. Однако мессир Карл и его люди всё равно не собирались уходить. Они стали снаряжаться и готовиться к тому, чтобы вести штурм — упорно и мощно.
