— Да, он непрост. Даже в реале способен влиять на людей, — кивнул Рома. — Его энергоструктура сильно изменена. Хорошо, что у тебя была защита.
— Но он точно что-то знает! Он выдал себя атакой на прямой вопрос! — не выдержал я. Как можно реагировать так спокойно, сидеть и крутить датчики, когда такое рассказывают.
— Слишком крепкий орешек, — покачал головой Рома. — Мы с ним не справимся, снова в сон к нему идти не советую. Он может припасти ловушку.
— Так ты же видящий! Ты по-любому сильнее меня! А вместе мы что-то придумаем! Нас всего двое из тусовки, кто знает. Кто ещё поможет Коляну? Он рассчитывает на этих некромантов, а они водят его за нос. Они, возможно, и сами виноваты в том, что случилось с его семьей!
— Я же не отказываюсь, — Рома поднял голову и внимательно посмотрел на меня карими глазами-пуговками. — Я думаю, дай мне немного времени.
Он молча взялся за следующий датчик и стал подключать его к прибору.
Я встал и прошёлся по периметру лаборатории. Койки, шапочки, зашторенное окно… Всё тот же голубой кафель на стенах. Ничего не изменилось. А многое ли изменилось во мне с того раза, с нашего первого эксперимента? Всё эти невероятные вещи, маги, ведьмы, некроманты, перемещения в другие миры стали для меня частью реальности. Но, если признаться, я совсем новичок во всём этом и при серьезных препятствиях ничего не могу сделать. Что-то постоянно помогает мне. Как там сказал Рыжий? «Ведут»?
Коляну надо трясти Рыжего, а мне — неорганов. Дофига они скрывают.
Я повернулся к Роме: тот сложил все датчики в рядок и выключил прибор.
— Что-нибудь придумал?
— Нужно попробовать пойти в сон к Хельге, — ответил Рома. — Она слабая, а Рыжий, скорее всего, сон запомнил. Может, он и сомневается, что ты заходил намеренно, но лезть к нему больше не стоит. То, что знает он, скорее всего, знает и Хельга. И в этот раз не будем действовать так явно, как ты. Надо влиться в её сюжет, сменить личины.
— Ух ты! А так можно?! Ничего себе! — восхитился я.
Рома кивнул и добавил:
— Но если что-то пойдет не так, я не силён в атаках. Нам нужна помощь боевого мага.
— Ну, я поддержу, есть меч, голос. Аржану позову во сне, вдруг снова поможет. Вместе справимся.
Рома помолчал, а потом тихо произнёс:
— Рыжий запомнил твою энергетику, мог предупредить Хельгу, мог поставить защиту. Поэтому мы с тобой останемся в тени. Для открытого контакта нам нужен человек, которого они не знают.
Я посмотрел на Рому.
— Боевой маг сновидения? Но мне так и не удалось расколоть Аржану. Кажется, она и вправду ничего не помнит и не знает. Может, попросить неорганов? Хотя я не уверен, что они будут делать что-то по моей просьбе. Или мне придется продать душу.
Я усмехнулся, хотя по спине пробежал холодок.
— Лея подходит, — ответил Рома. — Правда, придется рассказать ей всё. Коляну мы ведь ничего говорить не будем?
— Нехорошо конечно, но ему сейчас тяжело. И он так верит этим некромантам, надеется. Наши подозрения его ещё больше растревожат, — вздохнул я. — Но мы ведь пытаемся ему помочь?
— Пытаемся, — кивнул Рома и сложил датчики в коробку. — Давай я позвоню Лее и договорюсь о встрече. Обсудим всё вживую. Подумаем.
— Хорошо, — я постарался ободряюще улыбнуться. — Придумаем, как вытрясти всё дерьмо из некромантов!
— Ага, — Рома скорчил в ответ кислую улыбку, убрал коробку в тумбочку и поднялся. — Ну что, пойдём?
— Ром, а что, Лея прям мощный боевой маг сновидений? — не удержался я.
Рома пожал плечами:
— Ну, она легко справится с нами обоими. И с Хельгой должна.
— А с Лидуней справилась бы? — спросил я.
— Ну, если бы мы все вместе пошли, — засомневался Рома. — Нет, наверное, понадобилось бы больше Лей. Три хотя бы. Но всё равно там был очень мощный барьер.
— А кстати, когда здесь спали, никакого барьера не было! — припомнил я. — Или это потому, что плиточки у нас были?
— Это потому что ведьма сама нас пустила, чтобы взять в заложники, — вздохнул Рома и как-то странно передёрнул плечами.
Я тут же вспомнил, что было потом: грязную квартиру, надпись в ванной. Да, телефон покойной так ему и не отдал. И не надо. Выкинуть его на хрен. Незачем напоминать о сумасшедшей.
— Пойдём, Ром, — я положил руку ему на плечо. — Вместе прорвёмся.
Сны с матерью сменились снами с Катькой, которая уходила и хлопала дверью, потом Оленькой, моей первой любовью, которая тоже ушла, обозвав меня никому не нужным отстойным пацаном, хотя в реале расстаться с ней решил я, и всё прошло довольно мирно. Конечно, я не решился обсуждать эти «женские» проблемы с Аржаной. После тренировки в среду проводил её до метро, болтая о технике работы с копьём. А в пятницу она и вовсе упорхнула пораньше. Но к концу недели меня больше беспокоило другое. Я зашёл в «Сабвей», взял сэндвич и позвонил Роме. Взял трубку он не сразу, где-то с пятого гудка.
— Привет, Ром. Ты не забыл про наши планы насчёт Леи и сам знаешь кого? — осторожно спросил я. Вдруг он у Коляна. Хотя тогда бы, наверное, не взял.
— Завтра у меня в двенадцать, — как ни в чём не бывало ответил Рома.
— Ром, а когда ты собирался мне сказать? — уточнил я.
