— Что ты, зачем такие формальности? Точнее, это можно было бы назвать взаимным желанием убить другого. В любом случае дрались мы долго. В конце концов Эрик одолел и захотел стереть меня в порошок. Чуть забегая вперед, я должен добавить, что все это мне удалось припомнить только пять лет назад. — Бенедикт согласно кивнул. — Могу только предполагать, что случилось, когда я был без сознания, — продолжал я. — Эрик не стал убивать меня… Очнулся я в Тенях, на Земле, в месте, именуемом Лондоном. Вокруг свирепствовала болезнь, но я справился с нею. Столетия провел я в этом призрачном мире, пытаясь понять, кто я. Я прошел по всем его дорогам. Чаще всего как воин… ходил в его университеты, разговаривал с тамошними мудрецами, обращался к знаменитым врачам. Но нигде не мог отыскать разгадки своего прошлого. Было ясно, что я не такой, как все, и мне пришлось тщательно скрывать это. Я был разъярен: у меня было все-все, кроме того, в чем нуждался я больше всего, — кроме моей памяти, моей личности.
Годы прошли, но гнев и тоска по себе не угасли. Я получил травму головы в автокатастрофе и вдруг начал что-то припоминать. Это было пять лет назад. Ирония судьбы заключается в том, что есть все основания видеть за дорожной аварией руку Эрика. Флора все время жила на этой призрачной Земле, приглядывая за мной. Однако возвратимся к моим предположениям… Должно быть, Эрик в последний момент сдержал себя: он желал мне смерти, но не хотел, чтобы ее могли приписать ему. Потому-то он и забросил меня в Тени, в такой мир и такое место, где меня ожидала быстрая и почти неминуемая гибель, — несомненно, чтобы иметь возможность, вернувшись домой, сказать: дескать, Корвин в гневе отбыл и бормотал по пути, что не желает возвращаться* В тот день мы вдвоем охотились в Арденском лесу…
— Странно, — перебил меня Бенедикт, — чтобы в подобных обстоятельствах двое соперников решили поохотиться вместе.
Я пригубил вина, усмехнулся и ответил:
— Быть может, все было несколько занимательнее, чем я рассказываю. Возможно, мы оба обрадовались представившейся нам возможности поохотиться вдвоем… без свидетелей.
— Понятно, — произнес он. — Значит, все могло быть и наоборот?
— Ну, — ответил я, — трудно сказать. Не думаю, чтобы я зашел так далеко. Конечно, я говорю это сейчас, все мы меняемся. А тогда?.. Быть может, я обошелся бы с ним неласковей. Утверждать не берусь, но не исключаю. — Бенедикт кивнул, а мимолетная вспышка гнева сменилась во мне удивлением. — К счастью, я не собираюсь оправдывать свои поступки, — продолжал я. — Потом я догадался, что Эрик, конечно, все время следил за мной… Сперва он был разочарован, — что я уцелел, однако испытывал удовлетворение от моей беспомощности. Поэтому велел Флоре приглядывать за мной, и повсюду воцарился мир. А потом, должно быть, папаша отрекся, не уладив вопроса о престолонаследии…
Ни черта! — отвечал Бенедикт. — Ни черта! Он и не думал отрекаться! Просто исчез. Однажды утром его не оказалось в собственных покоях. Кровать даже не была смята и никакой записки. Вечером он вошел туда, это видели, но чтобы он куда-то отбыл… свидетелей не нашлось. Сперва это никому не показалось странным. Все решили, что он снова отправился в Тени, должно быть, за новой невестой. И только потом, через достаточно долгое время, начали подозревать в этом либо чьи-то козни, либо новый способ отречения.
•— Я не знал этого, — ответил я. — Твой источник информации, похоже, намного ближе к центру событий, чем мой. — Бенедикт кивнул, подлив масла в огонь моих подозрений относительно того, с кем он имел дело в Амбере. Похоже, в то время он был настроен в пользу Эрика. — А когда ты сам был там в последний раз? — попробовал я изменить ход разговора.
— Чуть больше двадцати лет назад, — ответил он. — Но я постоянно поддерживаю связь.
И никто даже не упомянул мне об этом! Бенедикт, конечно, знал, что эти слова будут для меня предупреждением или угрозой. Конечно, колода карт у него была. В уме я развернул их веером и лихорадочно вгляделся в лица. Рэндом совсем ничего не знал о местонахождении Бенедикта. Брэнд уже давно пропал; скорее всего, заточен в каком-то весьма неприятном месте и не может сообщить о себе в Амбер. Быть в контакте с Флорой Бенедикт явно не мог, да и она тоже до недавнего времени находилась в Тенях. Ллевелла была в Ребме, и Дейрдре тоже, дай в Амбере в то время она была не в чести. Фиона? Джулиан говорил мне, что она где-то на юге. Точнее он не знал. Кто загнал ее туда?
