К счастью, Отражения настолько податливы на этом краю реальности, что мастеру отражений легко работать с ней — он может стачать ткань, чтобы создать путь. Мастера отражений — это обладатели могущественного искусства, чьи способности исходят от Логруса, хотя им и нет необходимости проходить посвящение. Но очень немногие все же прошли его, и как все прошедшие автоматически стали членами Гильдии Мастеров Отражения. При Дворах они подобны водопроводчикам или электрикам, и их искусства могут разниться столь же сильно, как у их двойников на Отражении Земля — сочетание таланта и опыта. Хотя я и член гильдии, но скорее пройду за кемнибудь, кто знает путь, чем почувствую его сам. Подозреваю, что об этом следует рассказать побольше. Может, когданибудь.
Когда мы достигли стены, ее уже не было. Она раскисла до чегото вроде серого тумана и растаяла; и мы прошли сквозь опустевшее пространство
— или скорее через его аналог — и сошли вниз по зеленой лестнице. Это была череда не связанных зеленых дисков, спускающихся на манер спирали, словно парящих в ночном воздухе. Они шли по внешней стороне замка, в конце концов упираясь в пустую стену. Прежде чем достичь той стены, мы прошли через несколько мгновений яркого дневного света, короткий шквал синего снега и апсиду чегото похожего на собор без алтаря, но со скелетами, занимающими церковные скамьи. Когда мы наконец подошли к стене, то прошли насквозь, очутившись в большой кухне. Сухэй подвел меня к кладовой и предложил обслужить себя самому. Я нашел немного холодного мяса и хлеба и отправил в себя сэндвич, обмыв его прохладным пивом. Дядя же отгрыз кусок хлеба и выхлебал графин такого же пойла. Над нашими головами, вытянувшись в полете, появилась птица, хрипло каркнула и исчезла раньше, чем преодолела полкомнаты.
— А где же слуги? — спросил я.
— Очередное красное небо — почти полный оборот, — отозвался он. — Так что у тебя есть шанс поспать и собраться с мыслями перед тем… наверное.
— Что ты имеешь в виду под «наверное»?
— Как один из трех, ты находишься под Черным Наблюдением. Во потому я и вызвал тебя сюда, в одно из моих мест уединения.
Он повернулся и прошел сквозь стену. Я последовал за ним, волоча свой графин, и мы уселись возле неподвижного зеленого бассейна под скалистым навесом, и небо над головой было цвета умбры. Его замок вмещал в себя звенья как Хаоса, так и Отражения, которые были утрамбованы в узор безумного стеганого одеяла, составленного из переходов внутри переходов.
— Но раз ты носишь спикарт, то имеешь дополнительные средства безопасности, — заметил дядя.
Он протянул руку и коснулся колеса со множеством спиц на моем кольце. Рука отозвалась легким покалыванием — в пальце, в ладони, в кисти.
— Дядя, когда ты был моим учителем, то частенько разражался загадочными высказываниями, — сказал я. — Но теперь я получил аттестат и вроде как имею право смело сказать, что не знаю, о какой чертовщине ты говоришь.
Он ухмыльнулся и отхлебнул пива из моего графина.
— В отражении все всегда становится ясным, — сказал он.
— Отражении… — сказал я и заглянул в бассейн.
Под поверхностью воды среди черных лент плавали образы — Савалл, выставленный для прощания — желточерные балахоны укутывали его усохшее тело — моя мать, отец, демонические формы, проходящие и исчезающие, Юрт, я сам, Ясра и Джулия, Рэндом и Фиона, Мандор и Дворкин, Билл Рот и множество лиц, которых я не знал…
Я покачал головой.
— Отражение ясности не внесло, — сказал я.
— Оно не действует сразу, — отозвался он.
И я снова обратил внимание на хаос лиц и форм. Вернулся Юрт и маячил долгое время. Одет он был со вкусом и выглядел относительно целым. Когда он всетаки сплыл с глаз долой, вернулось одно из полузнакомых лиц, которое я видел раньше. Я знал, он был из знати Дворов, и я порыскал у себя в памяти. Конечно. Не сразу, но я узнал его. Это был Тмер со Двора Прерывающих Полет, старший сын последнего Принца Роловианса, а теперь и сам лорд Путей Прерывающих — борода лопатой, тяжелое чело, крепкое сложение, не некрасив в грубоватых чертах; по всем докладам, смелый и, возможно, даже сообразительный парень.
Затем был Таббл, Принц Путей Рассекающих Мысль, меняющий фазы от человека до кружащейся демонической формы и обратно. Безмятежный, тяжелый, изящный; возрастом в столетия и очень хитрый; он носил бороду бахромой и имел бледные глаза, всегда широко раскрытые и невинные; он был мастером многих игр.
Я ждал, и Тмер последовал за Юртом, последовал за Табблом в ничто меж свернутых кольцами лент. Я подождал еще, но ничего нового «места быть не имело».
— Конец отражениям, — известил я под занавес. — Но я попрежнему не знаю, что это значит.
— Что ты видел?
— Своего брата Юрта, — отозвался я. — И Принца Тмера из Прерывающих. И Таббла из Рассекающих среди прочей мишуры.
— Наиболее соответствует, — отреагировал Сухэй. — Абсолютно соответствует.
— Ну и?
— Как и ты, Тмер и Таббл — оба под Черным Наблюдением. Я понимаю так, что Тмер пока находится у Прерывающих, а вот Юрт, помоему, ушел в землю гдето в другом краю, не в Далгарри.
— Юрт вернулся?
Он кивнул.
