— Я подслушал, как в прошлый цикл она отдавала приказы некоторым из ее птенцодраконьих родственников. Она послала спецкоманду, чтобы похитить эту женщину и привести сюда. Такое впечатление, что она предназначена тебе в королевы.
— Это смешно, — сказал я. — Она замужем за моим другом Люком. Она — королева Кашеры…
Он пожал плечами.
— Я говорю тебе лишь то, что слышал, — сказал он. — Это както связано с восстановлением равновесия.
Тактак. У меня и мысли не было о такой возможности, но вызывала она ощущение безупречной игры. Вместе с Корал Дворы автоматически получали Талисман Закона, он же — Око Змея, и равновесие явно нарушалось. Проигрыш Эмбера — взятка во Дворах. Достаточно было бы достичь того, что я хочу — согласия, которое сможет оченьиоченьнадолго отсрочить катастрофу.
Нет, это слишком, такого позволить я не могу. Бедную девочку совсем издергали, лишь потому, что ей довелось не вовремя оказаться в Эмбере и ей довелось понравиться мне. Да, я могу ощутить и философичный привкус в абстрактном и возрешить: да, было бы о'кей принести в жертву одного невинного ради блага многих. Так было там, в колледже, и это было завязано на общие жизненные принципы. Но Корал была моим другом, кузиной и любовницей… хоть и при таких обстоятельствах, которые вряд ли можно пустить в зачет; и быстрая проверка чувств — так чтобы вновь не попасться
— показала, что я вполне мог влюбиться в нее. Все это значило, что философия проиграла еще один раунд в реальном мире.
— Как давно она послала людей, Юрт?
— Не знаю, когда они ушли… и даже ушли ли они, — отозвался он. — А по разнице времен они могли уйти и уже вернуться.
— Верно, — сказал я и:
— Дерьмо!
Он повернулся и взглянул на меня.
— Это важно во всех смыслах? — произнес он.
— Это важно для нее, а она важна для меня, — ответил я.
Выражение его лица сменилось на озадаченное.
— В таком случае, — сказал Юрт, — почему бы просто не подождать, пока ее не приведут к тебе? Если придется принять трон, это хоть подсластит пилюлю. А если нет — она все равно останется у тебя.
— Трудно держать чувства в секрете, даже среди неколдунов, — сказал я. — Ее могут использовать как заложницу.
— Ого. Противно говорить, но меня это радует. То есть я хотел сказать… рад, что тебя еще ктото заботит.
Я опустил голову. Я хотел протянуть руку и дотронуться до него, но я не сделал этого.
Юрт издал легкий мурлык, как когдато в детстве, чтото взвешивая в уме. Затем:
— Нам надо добраться до нее раньше, чем это сделают они, и увезти куданибудь в безопасное место, — сказал он. — Или отобрать, если они ее уже сцапали.
— «Нам»?
Он улыбнулся — редкостное событие.
— Знаешь, каким я стал? Я — крутой.
— Надеюсь, что так, — сказал я. — Но тебе известно, что будет, если какиенибудь свидетели молвят, что за всем этим стоит парочка Всевидящих братьев? Самое вероятное — это вендетта с Птенцами Дракона.
— Даже если их втянула Дара?
— Похоже, что разогрела их она.
— О'кей, — сказал он. — Никаких свидетелей.
Я мог бы заявить, что отказ от вендетты спасет множество жизней, но это прозвучало бы лицемерно, даже если б я имел в виду нечто иное. Вместо этого:
— Та сила, что ты набрался в Фонтане, — сказал я, — дает тебе коечто, о чем я слышал как об эффекте «живого Козыря». Помоему, ты был способен переместить как Джулию, так и себя.
Юрт кивнул.
— Можешь быстренько доставить нас отсюда до Кашеры?
Далекий звук огромного гонга наполнил воздух.
— Я могу все, что могут карты, — сказал брат, — и я могу взять с собой любого. Проблема лишь в том, что даже Козыри не перекрывают таких расстояний. Мне придется доставлять нас серией прыжков.
Опять прозвучал гонг.
— Что происходит? — спросил я.
— Звон? — сказал он. — Он означает, что вотвот начнется погребение. Он слышен во всех Дворах.
— Неудачное время.
— Может — да, может — нет. Это подарило мне идею.
— Расскажи.
— У нас будет алиби, если вдруг придется вывести из игры парутройку Драконьих Птенцов.
— Каким образом?
— Разница времен. Мы пойдем на погребение, и нас увидят там. Мы ускользнем, слетаем по делам, вернемся и поприсутствуем на хвосте церемонии.
— Думаешь, ток энергии позволит это?
— Думаю, да. Я вволю попрыгал окрест. И начинаю подбираться к реальному чувству потоков.
— Тогда — вперед. Чем больше беспорядка, тем лучше.
Снова гонг.
Красный — цвет огня жизни, который наполняет нас, — при Дворах это цвет траурных одежд. Скорее я использовал бы спикарт, чем Знак Логруса, чтобы вызвать подходящие одежды. Сейчас я хотел избегать общения — даже самого светского — с этой Силой.
Тогда Юрт козырнул нас в свои апартаменты, где у него были подходящие одеяния с последних похорон, на которых он побывал. Мне тоже хотелось хоть на немного посетить свою старую комнату. Какнибудь, когда меня не будут торопить…
