В ответ лишь только промолчали, потому что по хрусту и слабому, пищащему рыку стало ясно, мы на поле больше не одни…
На пригорке черной земли, усыпанной жженными листьями и ветками деревьев, среди тряпья и груды оружия лежала та самая причина сего пожара. Маленькая такая причина, белая, в скорлупе…
– Берест, – я схватила принца за руку, – надо сваливать! Быстро!
Дважды повторять не пришлось. Вспорхнув на коней, мы дали такого деру, что ветер не только в ушах свистел, еще и до мозгов добрался. А подгоняло нас не только осознание того, что маленький дракончик вылупился и убег в неизвестном направлении в поисках пищи, а еще и гневный рык его мамаши, показавшейся из-за туч. Огромная драконья тушка плавно приземлилась где-то в эпицентре пепелища, что-то гневно вещала да вынюхивала неизвестный запах. Наш запах.
Хоть бы обошлось!
Скакали долго. И больше уже не по своей воле, а по транспортно-подковной, что неслась быстрее скорости звука лишь бы подальше от крылатой ящерицы. Верен все это время гневно посматривал на Сецеха, собственно главного паникера нашей компании, но не отставал от дружной стаи. Митьке, похоже, было вообще все равно, он только на мою сумку все время смотрел, слюни пуская, как раз в ту, где котлетки были припрятаны. Вот ведь, унюхал!
Шалас все это время ехал молча, только с картой дорог сверялся, притормаживая животину.
– скоро приедем, – подытожил он, – с такими то темпами их еще и ждать придется…
– ну, если Ашка с Витором разругаются, а они, скорее всего именно это и сделают, – ответила я, пытаясь успокоить Сецеха, – то не факт.
Оправившись после потрясения и несостоявшейся встречи с мамой-драконихой, мы были несказанно рады появившейся на горизонте деревеньки.
Только ступив на новую землю, радиус действия барьера закончился.
Теперь я могла полагаться только на книги и собственный актерский талант, так как принц хоть и старался говорить медленнее, я все равно его почти не понимала. Только общие фразы.
Он, конечно, злился, но все же понимал, что изучение чужого языка дело, не требующее спешки…
Пройдя главные ворота (две палки да дощечки), мы оказались в маленькой, но достаточно уютной деревеньке. Удивил меня один парнишка примерно возраста Таса, полукровка. Кудрявый, чернявый, да рожки маленькие, и кожа как кофе с молоком. Тут же выбежал да коней наших в стойло отправил, за монетку, естественно.
Верен не дался. Гордо представ всей своей филейной частью пред слугой, он грозно топнул копытом (показалось, что искры сейчас полетят) да последовал за мной, не смотря на взваленные на него сумки. Кстати те, по непонятной причине почему-то стали тяжелее, надо бы их разобрать, а то и так огромные. Сама помещусь в таких, коли желание будет…
Что меня поразило в этой деревне, так это совместное пребывание на одной территории как людей так и эрров. Людей было, конечно, намного меньше и, судя по наблюдениям, среди них здесь жили только те, кто имел детей полукровок. Но все свободно терпели друг друга, совершенно без страха могли спорить, хоть и изъяснялись медленно и с жестами.
Принц жестом указал в направлении таверны (как потом оказалось), что-то купил у местной торговки (пахло, как старые носки), спрятал свою маску в секретные карманы, при этом пригрозив мне смертной казнью, коли руки свои воровские протяну к казенному имуществу. Да больно надо!
– тут место встречи, – сказал Шалас, кидая в угол свои вещи.
Быстро переодевшись за ширмой, раскидав по карманам всякую мелочь, кошелек предусмотрительно куда-то спрятав, он, наказав сидеть и не дергаться, ушел искать свои приключения, игнорируя мое общество.
Митька, прекрасно понимая, что ждет незадачливого котика в сем месте, куда-то спрятался еще на подходе к главным воротам.
На Верена местные косились странно, близко не подходили, прям как чувствовали, что руку по колено откусит и не подавится, весь в хозяйку, так сказать!
Запахло выпечкой, мясом и если не ошибаюсь, картошечкой. Дверка открылась, принц с подносом в руках смотрелся особо интригующе. Что-то буркнув на своем местном, видимо позабыв, что теперь я в печали и ничего не понимаю, что он там себе под нос рычит, снова вышел, заперев за собой дверь, а ключ, вот мерзость, забрал с собой.
– А если бандиты какие? А вдруг беда? – крикнула я вдогонку на ломанном эрровском, доставая отмычки.
– не маленькая, справишься!
Вот нахал!
Долго пришлось ковыряться, не подходили отмычки, ну прям совсем все не ладится, бедную девушку да в четырех стенах держать!
Делать нечего. Пока Шалас свои дела решал, я отведала местную пищу. В принципе очень даже вкусно, особенно булочки – совсем загляденье.
Я почти доела кусок мяса, как мое внимание привлекло странное обстоятельство – моя сумка, та самая, что с котлетами, каким-то волшебным и вряд ли объяснимым образом сделала красивый, красочный пирует в воздухе, ударилась о деревянные полки на противоположной стене и, как обычно это бывает, те разлетелись на мелкие кусочки.
И все бы ни чего, вот только причина этого явления меня совершенно не обрадовала.
