Шалас его по холке погладил, подставленное пузо почесал да подушечки на лапах пощекотал, ну прям идиллия, честное слово. Вот ко мне Митька так не подходит и лапки не дает, задними так вообще лягается… Чем ему так этот принц понравился? Наглый хам…да и только!
Наблюдать за Шаласом оказалось интересно, не знаю, почему. Я просто лежала и смотрела, как он сидит и заплетает косы то с одной стороны, то с другой. Пока одну плетет, другая расплетается, то ли заняться нечем, то ли практики маловато. Хотя на ком ему практиковаться, сестер то нет…
Посмотрев на его спину, я обрадовалась – шрамов да рубцов после моего шиться не осталось, при свете дня бы глянуть, а то впотьмах и не видно совсем.
А потом все же уснула.
Как тепло… и мягко, интересно, с каких это пор Митька такой добрый, не уж-то совестно стало за ночные бдения в чужих объятьях?
– Мииитька, ты такой хороооший, – сонно пролепетала я, поглаживая животину, – только какой-то странный на ощупь…
– может потому что это не он?
Сознание, осознав, что пахнет жареным, быстро пришло в себя, прогнало сон и стало соображать, что произошло.
– удобно ли вам, принцесса? – сквозь сон прохрипели над ухом, при чем хрипел явно не Митька и гладила я явно не кота по шерстке, а принца, да еще и по коленке.
Резко сев, посмотрев на Шаласа, на Митьку, спящего под соседним кустом, на себя, не известно каким способом оказавшейся не под облюбованным деревцем, а собственно у врага на коленях, пришла к выводу, что это сон…очень страшный сон…
– да нет, быть не может, – прохрипела я, оглядываясь по сторонам, пытаясь собрать все мысли в цепочку из той каши, что сейчас творилась в моей голове, – какой страшный сон…
И легла спать дальше. На колени. Сон же, такого просто быть не может…или может?
В ответ на все это принц сдержанно хрюкнул, пытаясь не рассмеяться, но сгонять не стал. Я же, окончательно проснувшись, от шока и пошевелиться не могла, хотя не только от шока, еще и от чужой руки, что так любезно на мне лежала.
– ты меня так странно во сне называла, – начал не совсем из далека Шалас, – солнышком…
– это я коня так зову, не обольщайся!
А сама красная уже, как рак, в комок сжалась, да с колен сползать начала, а то еще чего доброго рогами боднет, не оклемаюсь же. Уйти не дали. Что Шалас рукой прихватил, что Митька путь к отступлению перекрыл своей тушкой. Тварь неблагодарная, да опять щурится… довольный такой…
– ты от темы не уходи, с каких это пор я солнышком стал, а?
– а я и не ухожу, это ты меня не отпускаешь! – еще сильнее краснела я, – уж прости, с конем попутала, так сразу и не признала!
– коню такие речи не говорят… – задумчиво произнес Шалас, но руку не убрал.
– какие такие речи? – совсем испугалась я, с силой пытаясь оторваться от принцевой руки, – что я там еще во сне болтала?
– да так, не понял я, неразборчиво. Ты, кстати, слюни пускаешь да храпишь!
– я просто приболела немного и спать было не удобно! Сам не уходи от темы! Все ты понял, что я говорила!
Принц лишь пожал плечами, но выпустил на волю.
– ты мне пообещала кое-что, – тихо молвил он, как только наше напряженное молчание затянулось.
– что именно?
Боги, ну что я там во сне наговорила? Надеюсь, хоть последними словами не оскорбляла его сиятельство? И почему я так об этом беспокоюсь?
– вот, – сказал он, указывая на свои волосы, – заплести обещала.
Критично осмотрев свое творение в виде единой косы, я осталась довольна. Шалас, казалось, только лишь наслаждение получал от того, что его волосы кто-то трогает. Обнаглев в конец, он без разрешения сел на землю да на мои колени облокотился, сказав, что мне так удобнее плести будет, рост, видишь ли, у меня мелкий, помешает!
– ты хотя бы расскажи, как я от дерева своего до тебя добралась?
– а ты не помнишь?
Конечно помню! Всю жизнь только и делала, что страдала лунатизмом да на чужие коленки покушалась…
– представь себе, провалы в памяти!
– ты просто внезапно встала, куда-то посмотрела в сторону, – говорил Шалас оценивая мое творение, – завернулась колобком в покрывало, пнула по пути Митьку, назвав его предателем. Кот, между прочим из-за тебя боевые травмы получил, могла бы и погладить для приличия…
– травмы? Не смеши мои тапочки, ему счастливого пендаля только не хватает, погладить его, ну уж нет! Что дальше было?
– ну, – усмехнулся Шалас, – ты подбрела ко мне не особо трезвой походкой, назвала меня «солнышко» и, пока я пытался сообразить не сплю ли я сам и не морок ли ты, улеглась на мои колени. Бормотала еще потом что-то, про косы мои, про несправедливую женскую участь и заснула.
– что же не согнал? – удивилась я.
– а тебя попробуй, сгони, – ответил принц, показывая свою правую руку. Там виднелись достаточно отчетливо следы от укуса, причем зубы явно человеческие, а никакой-то там кикиморы болотной.
– это я с голоду…
Попыталась отмазаться я, но судя по скривившейся физиономии, не получилось…
– ага, с голоду…а кто по пути пироги уплетал за обе щеки?
– ЧТОо?
Я кинулась проверять тайник с едой. И действительно, несколько штук явно не хватало… С капустой…ууууу…. А я такая голодная…
