– а вот это очень, оооочень плохо, – сквозь зубы сказала я, пытаясь успокоить трясущиеся руки.
За первым же поворотом, когда кони от напряжения готовы были сами дать деру, открылась выжженная дотла земля. Только угольки да кости белые, чуть опаленные. Ох, леший, кто же так предупреждает? В таком случае надо не корягу под копыта кидать, а весь близ лежащий лес валить. Так до путников дойдет, наконец, что дело жареным пахнет…
– что это?
Шалас изумленно уставился на открывшийся нам пейзаж. Видимо в его мире никто не знал, о таких существах, как драконы…
– а вот это, дорогой мой путник, – сквозь нервный смех пролепетала я, – нашедшие нас приключения, пришли нежданно и негаданно…
– то есть мы в полной жо…
– Да! – перебила я вовремя принца, пытаясь успокоить Сецеха.
Конь тихо сходил с ума, трясся, нервно дергался, что естественно меня жутко раздражало, так как все это время я пыталась хоть как-то успокоиться. Верен тем временем, судя по поведению, уже и забыл, что недавно его так сильно волновал внешний вид, видимо приоритеты резко сменились после увиденного пейзажа.
– кто это сделал?
– судя по четким контурам выжженной земли, радиусу поражения и полному отсутствию плоти вон на тех вроде как нечеловеческих костях, это дракон, – пояснила я, – а если еще точнее, то Угольный дракон. Из ныне живущих это самый опасный вид, потому что мозгов мало, соображает плохо, постоянно испытывает голод и жажду. Если остальные представители чешуйчато-крылатых мудры и, как все нормальные драконы падки на золото да драгоценности, ну, еще может на принцесс да дев красных, то этому все равно что есть, что спалить. Он просто уничтожает все, что движется, вот только я не совсем понимаю – эти виды уже давно живут в горах, что очень далеко расположены отсюда. Что он здесь забыл?
– там все сожрал, – бесцеремонно ответил Шалас, – теперь сюда лакомиться пришел, что не понятного? Как хоть выглядит эта тварь?
– Черный, как смоль, глаза янтарные. Размер зависит от возраста, собственно, как и радиус поражения огнем, хотя в этом я не уверена, – призадумалась я, пытаясь вспомнить еще хоть что-то, – да дракон как дракон, огромная крылатая ящерица, покрытая броней в комплекте с острыми когтями и клыками. Хитрая, умная, но в нашем случае вроде бы даже сытая тварь. Меня больше интересует, а не привел ли ее кто сюда… Эти драконы жутко злые… коней бы сберечь…
Спешившись, я отправилась осматривать территорию на наличие отпечатков лап, чешуек, хоть чего-нибудь, способного подсказать причину и, главное, вид сей твари, а то, кто знает, я в этом всем не спец, могла и попутать чего.
Шли молча и очень тихо, стараясь наступать только на чистую, не заваленную прутьями и прочим, землю, чтобы не производить много шума.
Кони, как и Митька, оказались в такой ситуации очень разумными тварями, шли друг за другом, наступая на собственные следы. Сецех, как самый умный, шел следом за Вереном. Видимо своя шкура дороже, чем верная дружба.
– эх, Сецех, – прошептала я, – что же ты делать будешь, когда дракон за твоей спиной покажется? Тебя первым и съедят…
Хорошо, что он не понимает, что я говорю, а по интонации моей и вовсе…
Сожжено все до тла на огромной территории леса. По подсчетам Шаласа, судя по направлению пламени, эта тварь летела прямо к нашей деревеньке, что являлась промежуточным перевалом, местом встречи и воссоединения. А что еще хуже, так это то, что летел этот крылатый со стороны объездной дороги, по которой Витор с Ашкой направились. Шалас хоть виду не подал, да и так ясно – беспокоится. Искать останки друзей смысла не было, никакого – кости, да и только. Даже доспехи, и те оплавились. Не понять по умершим, к какому взводу они принадлежат…
– эй, – шепнула я, – ты знаешь, что тут за стоянка была? Откуда тел столько?
– да по ходу нас ждали…
– что?
Внутри все перевернулось. Пять раз. Так получается эта ящерица нам еще и жизни спасла?
– как так?
– я тебе не энциклопедия! – зарычал принц, – ждали и все.
– знаешь, – до меня постепенно начинал доходить весь тот ужас, что мы видели, если раньше мозг отрицал и сопротивлялся, то теперь все… с концами…только бы самой в лапы зверю не попасть…, – судя по тому, что лица под шлемами не только обугленные, но еще и с зеленцой…
Пнув при этом Шаласу обнаруженный недалеко от эпицентра объект подозрения, принца от такого отношения к павшим тут же передернуло… Но ненадолго. Лицо, что теперь открылось из приподнятого забрала, было явно мертвым уже как несколько недель. За счет того, что эта часть тела оставалась защищена, можно было догадаться по зеленоватому оттенку тканей, что существо это было явно не живым при поджоге… В принципе, как и все остальные…
И опять этот приторно сладкий запах…
– вот же (непереводимое слово), да какого (еще более не переводимое слово) … творится. – возмущался Шалас.
– ну прям сразу видно, – не было предела моему удивлению, – королевская кровь! Только представители высшего общества способны на такие речи… Не расшифруешь смысл сказанного?
