-Смеешься? — горько усмехнулась собеседница. Она уже оправилась от потрясения, и быстро приходила в норму — Что я, обычный человек, могу отнять у тебя, темного мага? Дана испугано подобрала под себя и вторую ногу, когда мужчина опустился перед ее стулом на одно колено. -Имя — ответил он — Не отнимай у меня имя. -Хорошо — Дана запустила руки ему в волосы, приведя их в беспорядок. Это действо требовало некоторых усилий, ибо волосы были жесткими и лохматились плохо. Но она справилась. -Хорошо, дорогой. **************************** Атрей бесшумно отошел от двери, когда к ней направилась Дана. Она собиралась опять варить этот Лисов кофе, интересно, как только ведьмак его вообще пьет... В краткий промежуток, когда дверь была открыта, он выскользнул из комнаты в коридор.
Первое полевое испытание амулета можно считать успешно завершенным. Он выдержал проверку, и мог смело предоставляться пред темны очи некроманта. Только не сейчас, а попозже. Лучше всего — завтра утром, примерно через час после того, как сектант его разбудит. Потому что сейчас вернется Сэдфилл, и опять будет вести себя так, словно мечтой всей его... в смысле — ее жизни было ублажать темных магов в их темномагических закидонах. Варить им кофе, делать массаж спины, читать вслух, пока они портят напольное покрытие, спать с ними, ну и всякое по мелочи, в том же духе... Атрей прошел до своей комнаты, и только внутри снял с себя амулет. Конечно, это не эквивалент невидимости у фейри, однако глаза отводит неплохо. Это была идея некроманта. Специально для того, чтобы не палить местонахождение «башни» перед Институтом и прочими активистами. Которые, дайте срок, объявятся непременно. Конкурентов никто не любит. Пока еще Новая Волна не доставляет проблем, и не отбивает честного куска у порядочных сектантов, например. Но ведь скоро почистит перышки и развернется во всю ширь. И вот тогда магическая братия взвоет, и потянет одеяло на себя. Сайентолог потянулся, но хруста не последовало. Он чувствовал, как его позвоночник, подобно пружине, растягивается, а потом, по сегментам, входит обратно в пазы. То же было и с суставами. Их ему вынули еще в раннем детстве, чтобы обучить всем приемам боевого рукопашного искусства. Даже тем, что гордо отброшены так называемым честным спортом. Впрочем, Атрей спортом не интересовался никогда, а уж тем более честным. По его мнению, единственный достойный приз — это возможность выжить, и, если он тебе достается, уже вряд ли кого-то интересует, как это так вышло. Даже и судий. Если они, конечно, дойдут до конца вместе с тобой... Атрей уже сутки не посещал крышу штаба, и не виделся с вампиром, соответственно. Чувство тревоги не давало ему покоя, не оставляло возможности сосредоточится на чем-то одном. Пока Бэльфегор находился в здании штаба, нечего было волноваться. Там хватало тех, кто в случае опасности сможет ей противостоять. Не то чтобы он полагал каинита не способным к самозащите, но не уставал повторять слова мудрой госпожи профессора де Люр: непобедимых бойцов не бывает. На каждого можно найти свою управу. Он впервые в жизни действительно по кому-то скучал, и это открытие его не обрадовало. Это означало, что он все же успешно обзавелся слабым местом, которое является чудесной мишенью. И тот факт, что об их с вампиром отношениях не знает никто, кроме них двоих да лейтенанта СеКрета (а тот, как известно, лучшая могила для любой тайны, как утверждал Бэл) его не успокаивал. Видимо, рабочая паранойя...
Следовало бы, пока еще есть такая возможность, узнать, так, из любопытства: быть может, катастрофически налаживающаяся у всех вокруг, включая и его самого, личная жизнь, есть следствие какого-то очень хитроумного «кар-кар»? Конечно, у Ирфольте не сбывается ничего хорошего, но кто знает... Во-первых, раз в год и палка стреляет. А во-вторых — ну кто сказал, что этот факт непременно причисляется к хорошим?..
====== Острый звездопад – в ======
