Необходимость же иметь в ашурране воина оставалась. А тут подвернулся Деймос, одержимый идеей уйти из ИПЭ, подавшись в наемники. Сайентолог пришел к выводу, что это неплохая идея. Он возьмет дампира в ученики, и пояснит ему некоторые моменты работы. Тонкости, без которых не выживают, и аспекты, на которых сыплются. Взамен же Деймос будет играть на стороне сектанта. Расплатиться за сотрудничество нашлось бы чем. Да хотя бы знаниями о магии, как таковой, и работой с проклятием, о котором Деймос узнал только сегодня. Ирфольте, как всегда, отколол перл, с которым и предстояло жить дампилу. Пока, по крайней мере, не выполнит всех условий. За то злополучное утро, когда должен был пройти вампирский ритуал в Новой Волне, темный маг накаркал дампиру «связать свою судьбу с тем, кто раздражает его так же, как сам дампир — мага». Вот и сложились обстоятельства так, что Деймос в поединке выиграл у Вэлэра Нао своего товарища по ячейке, Рана Фудживару. И теперь вроде как они помолвлены по условиям брачного контракта. А что, смотреть надо, что выигрываешь: в отличие от «белого тигра» Деймос был совершенно нормальным, и Ран его в качестве хаку совершенно не устраивал. Наемник переговорил с Деймосом, обсудил некоторые моменты и остался доволен. Привычка всех вокруг использовать с выгодой для себя призывала его немедленно оприходовать доверчивого сына Каина, но Атрей решил не торопиться. А то еще засекут следы в штабе ИПЭ, и будет неприятная суета, вроде погони и перестрелки. То есть всего того, чего он не любил. После службы в Легионе он вообще прохладно относился к любым военным примочкам, вроде стрельбы и иже с ней. Разбираться с противником предпочитал на своем поле, там, где шансов проиграть не будет. А лучше всего — свалится на голову из темноты, и свернуть шею, пока тот еще ничего не успел сообразить... Возвращение на территорию «башни» было спокойным. Атрея знали, без вопросов пропустили внутрь, и он почувствовал себя вполне удовлдетворенным, когда за его спиной глухо хлопнули ворота. Во дворе мастер Гийом опять вкалывал на износ: он был знаток своего дела, и его фанатик, а потому с удовольствием работал с теми, кто хотел получить знания. А Фальче хотел, и не жаловался на синяки и порезы. Атрей поднялся к себе. Аккуратно сгрузил шарики телепортов в мягкую ветошь. Он, благодаря Деймосу, теперь знал дорогу в штаб через город, а не с крыши. А потому не стал слишком явно проявлять себя. Пяти шариков хватятся не сразу. Пятидесяти — наверняка. Лучше сорок раз по разу, чем однажды — сорок раз. Так же спокойно, никуда не торопясь, наемник перекусил, на ходу листая газеты: ими пришлось запасаться там, снаружи. Интернет в «башне» не был, увы, доступен. А потом достал из походной сумки тавро. Положил тяжелый металлический предмет на колени, и провел рукой по его форме. С этой вещицей ему было непросто работать, но он старался. Закрыть глаза. Отрешится от всего. Сосредоточится. Сформулировать образ. И постараться найти. Пусть он и не в штабе, так хорошо знакомом, но где-то, да есть. И Атрей хотел знать, где именно.
Итак, Бэльфегор — ближе, чем он думал, буквально, раз так в пять. Видимо, все же отправился в командировку, о которой говорил. Слегка устал, не выспался, обеспокоен; но вместе с тем — рад, что при деле. Не самое плохое сочетание. Наемник оставил тавро в покое, уложив его на место. После таких экспериментов в нем просыпалась дикая жажда, и он жадно глотал холодную воду, подозревая, что это — своеобразная компенсация за «причащение» к вампирской сути.
