====== Спелые гроздья ======
Спелые гроздья
Если Волк убил вашего врага – это
еще не означает, что он – ваш друг.
(Атрей)
-Уходите скорее. Я поговорю с ними.
Арна не успела и полслова пикнуть – Лис вскочил, ухватил ее за руку, и потащил за собой.
-Подожди! – уперлась она почти на пороге – Мы же не можем бросить лейтенанта!..
Лис обернулся через плечо, улыбаясь от уха до уха, как и обычно.
-Ты и правда считаешь, будто кто-то что-то с ним сделает? – вопросом на вопрос ответил он. И нетерпеливо потянул ее за собой. Арна вслед за наемником торопливо сбежала по лестнице, то и дело оглядываясь через плечо. То, что они оставили лейтенанта прикрывать их отход, беспокоило ее чрезвычайно. И не только потому, что «своих не бросают». Но еще и потому, что, захоти неведомые гости прорваться к беглецам, товарищ СеКрет ничего не сможет им противопоставить. Но тот только улыбнулся им на прощанье, и Арна услышала тихое «Идите через сад» в своей голове. И кое-что еще тоже услышала…
Вот за это она и не любила телепатов. И за это самое, наверно, их и боялись все прочие. Дело не в подчинении, не во взятии под контроль всех проявлений личности, и не в том даже, что незваный гость узнает о тебе все. Нет. Все глубже и сложнее. И, одновременно, проще. Арна знала – по обрывочным сведеньям, накапливаемым годами, по чьим-то брошенным невзначай фразам, по слухам – знала.
Итак, первое – телепатическая техника Вонтолы – чистой воды самоубийство для любого впустившего его разума. Мысли людей – не четко оформленные графики и диаграммы, принятые решения человек не получает в виде аккуратного формуляра. Мысли беспорядочны по своей сути, они наполнены переживаниями, личными ощущениями, отпечатками аур, подозрениями, надеждами. Они переполнены чувствами. Тем, что Волку попросту недоступно. Добывая требуемую информацию, он просто ломает эти хитрые и такие хрупкие переплетения, оставляя за собой выжженную пустыню. Человек утрачивает свою личность, а зачастую – и способность мыслить нормальным путем. Именно поэтому к телепатическому допросу наемник прибегал редко. Как к любой крайней мере. То, что он делал с человеческим разумом, было непоправимо. Арне всегда казалось, что, будь у него чувства, он бы ненавидел свою телепатию, и старался вообще забыть о ней. Но чувств не было. Зато эта телепатия могла создавать отличные блоки. Как и большинство возможностей Волка, эта была исключительно односторонней. Или уничтожать, или охранять – ведь, как известно, «из убийц – самые лучшие защитники». И когда он ставил такой блок… Арна и это помнила. Да и Лис упоминал. Упоминал как нечто незначительное, как нечто, о чем можно попросту забыть через минуту – о том, что напарник «вешает» на него эти блоки. Значит, присутствует своим разумом в его рыжих мозгах. А Лис до сих пор не напоминает овощ. Хм?..
Но вот теперь, побывав в его лисьей шкуре, она знала, помнила (хоть это и не ее воспоминания были) как это бывает. Стремительное, холодное, рассчитанное до мельчайших деталей существо, скорее, машина, чем нечто природного происхождения, подключалось стадия за стадией. Медленно, как аквалангист, в Марианскую впадину, погружаясь в чужой разум. Лис воспринимал это холодное и рассчитанное создание как осьминога из «матрицы»: много глаз и много щупалец. «Осьминог» проходил по его сознанию, подобрав все эти свои «щупальца», зато распахнув глаза пошире. Они оба – и Лис, и «осьминог» вжимали в себя все, что могли, чтобы не соприкоснутся. Лис про себя знал, что одно его касание может разрушить сотни выверенных схем. Все равно, что плеснуть горячим сладким компотом в работающий процессор. Волк знал, что может навсегда уничтожить программу «Лис» в системе мира. Они оба старались.
Правда, получалось не всегда…
Зато лейтенант!.. Его и в реальном-то мире найти могли далеко не всегда, а уж в телепатическом восприятии и вовсе не замечали, пока он сам не «постучится». Потому-то Арна и открестилась поспешно от быстро промелькнувших перед ее (ее ли?) внутренним взором видения: бесконечного коридора с множеством дверей…
Бесшумно пробежав по траве, они обминули развесистую яблоню, на которой меланхоличный ветер покачивал старые качели. Арна еще успела подумать, что вот, ностальгическое воспоминание детства товарища лейтенанта она уже не забудет, а вот свое собственное… Есть ли у нее это «собственное»…
Рыжий беспредельщик повлек ее еще дальше, отыскал в заборе дыру, и через нее они попали прямиком на пирс. Они юркнули в самую подозрительную с виду щель между стенами, и долго петляли между сваями и натянутым брезентом. Нырнули в открытую дверь какого-то пакгауза, и под ногами тут же заскользило. Стало темно, девушка только слышала дыхание наемника рядом – кажется, стадо слонопотамов за ними не гналось. Однако Лис так и не снизил скорость. Судя по всему, он знал, куда бежит. Повернув два или три раза, он резко сгреб ее в охапку и прошептал на ухо:
-Мужайся, неко. Сейчас тебе предстоят стр-р-р-рашные испытания!
-Это какие же? – недовольно откликнулась она, предчувствуя нечто очень нехорошее
