Идею пришлось отвергнуть. Со старшего ситха сталось бы поручить ученику ежедневное выгуливание подарка. Не то, чтобы Вейдер этого опасался, но Лорд Ситхов со зверем на поводке (пусть даже и ранкором) – это несолидно.
Но надо было принимать решение. Вот только какое? В Уставе не было запрещено содержание животных. Однако если просто развернуться и уйти, то выглядеть он будет глупо.
Так… А если?
– Роудин, записывайте.
– Да, сэр!
– Зачислить фелинкс черной масти по кличке Лорд в штат военного персонала базы Беш-16 на должность истребителя различных грызунов и насекомых. Будет выполнять?
– Так точно, лорд Вейдер, сэр! – рявкнул штурмовик.
– Как зачисленному в штат, ему вменяется в обязанность присутствовать на смотрах, собраниях и прочих мероприятиях личного состава. Ответственным за все вышеперечисленное назначается штурмовик СХВ13567144. Поставьте дату, Роудин. Вам понятна поставленная задача, господа?
– Служим Империи! – дружно отозвались штурмовики.
– Мя! У! – по-военному добавил фелинкс.
«Хорошая вещь – армейская дисциплина, – про себя заключил Вейдер. – Позволяет любому найти занятие».
При всех достоинствах сильной и крепкой власти, есть у нее недостаток: многие постоянно решают, что способны жить без нее. Конечно, это проблема больших государств вообще, но сильной власти особенно обидно.
Поэтому, как правило, меры принимаются быстро и адекватно.
В Галактической Империи фраза «быстрые и адекватные меры» уже давно считалась синонимом титула «лорд Вейдер», что носителя этого титула несколько раздражало. В конце концов, делать ему больше нечего? Единственный он военачальник, что ли?
Правда, определенные поручения доставляли ему большое удовольствие. Так, лет восемь назад Император заподозрил, что на определенных базах орудует масштабная сеть по разного рода торговле на сторону.
Сеть действительно существовала. И занятые в ней были убеждены в своей способности заморочить голову любому ревизору, пусть даже из СИБ. Вот только Палпатин проявил свойственное ситхам творческое мышление и направил расследовать это дело Вейдера и адмирала Трауна.
Сработались они чудесно. Ситх, оставаясь на орбите, попросту скрупулезно потрошил все базы данных и вообще компьютеры расследуемых; пароли и защиты его не впечатлили.
Чисс же в это время работал внизу, приглашая на беседу всех подозреваемых. Начинал он со стандартного вопроса «Вы хотите об этом поговорить?». К концу разговора виновные с изумлением обнаруживали, что им остается только подписать только что сделанное признание.
(Позже Вейдер не удивился, узнав, что назначенный на одну из ревизованных баз психолог попал в лазарет после того, как задал тот же вопрос первому солдату).
Вот это было настоящее испытание интеллекта.
А здесь?
– Планета называется Кармесир, – докладывал Роудин. – Собственно говоря, мы имеем дело не совсем с бунтом; воинственная часть населения требует независимости и нажимает на Советников, местный полудемократический орган, который и управляет планетой. К сожалению, воинственные личности очень хорошо маскируют свои убежища или же действуют в крупных городах, и потому удар с орбиты невозможен. А введение наземных войск, по расчетам аналитиков, перерастет в затяжную кампанию.
– Предводители известны?
– Собственно говоря, предводитель один, – Роудин нажал пару клавиш на столе и высветилась голограмма: могучего сложения человек в полированном стальном шлеме с тремя рогами. – Последователи называют его «Бодун» в честь персонажа местных верований, злого, но справедливого духа. Он наказывает грешников, особенно алкоголиков.
– А почему особенно их? – заинтересовался Вейдер.
– Предположу, милорд, что это отголоски древнего обычая: уличенного в пьянстве на посту солдата отдавали на забодание сельскохозяйственным животным.
– Обычно для наказания используются хищники, – удивился Вейдер. Сам он по Геонозису помнил эти традиции.
– На Кармесире мало крупных хищников, милорд, – проинформировал Роудин. – Видимо, пришлось обходиться тем, что есть.
– Нынешнее положение?
– Сам Бодун и вернейшие из его людей – на столичном космодроме. Их более дипломатичные представители доносят точку зрения руководства до Советников. Согласно традициям, если за шесть дней Советники не согласятся по-доброму, Бодун получит право их ликвидировать. Точнее, воспользоваться своим шлемом; как правило, именно он используется в качестве оружия. Лидер бунтовщиков достаточно силен, чтобы прободать с разбега и пройтись с жертвой на голове.
– Как с подобным населением у них появилась даже «полудемократия»?
– Вообще-то, она была привнесена, милорд. Когда планету четыре тысячелетия назад вводили в состав Республики, адмирал флота расположил на орбите три крейсера и сказал: «Или демократия, или дождик на три дня».
– Надо же, и в Республике были мастера переговоров, – восхитился ситх. – Значит, именно в этой группировке и состоит проблема?
– Да, милорд.
– Предложения? – Вейдер обвел взглядом собравшихся офицеров.
