Гражданские просто разбегались по своим комнатам, стараясь не мешать. Кто-то включил в громкоговорители Прощание Славянки, и под этот марш отходили корабли, улетали команды на свои шаттлы. Каждую минуту, прерывая марш, в громкоговорителях звучал приказ:
— Всем военнослужащим явиться в расположение своих частей, своих кораблей!
И у неё был приказ вернуться на службу, но она на несколько минут замерла у смотровых иллюминаторов, видя, как огромный линкор отошел от станции, соединился с другой группой кораблей, потом ещё и ещё к ним примыкали другие корабли, формируя эскадры, несколько эскадр, образовав соединения. Она видела, как вспыхнули больше сотни маршевых двигателей, и как эта армада исчезла в глубине космоса.
Она никак не могла забыть его взгляд, его глаза, такого же цвета, как и у неё, что-то в этих глазах манило её, она хотела вновь увидеть их, сама не зная почему. Странные ощущения дала эта встреча. Да, пусть она была короткой, но она почему-то знала, что не последней. Она была уверена, что они должны снова встретиться, она почему-то очень хотела этой встречи.
Корабли уходили в неизвестность, ни у кого не было чётких данных о составе врага, точных координат о передвижении, лишь несколько сообщений от горстки патрульных кораблей, которые смогли уйти от врага, и минимальные разведданные от нескольких разведывательных кораблей, но уже было ясно, что численность кассиопейских кораблей превосходит Земной флот, и граница перейдена в нескольких местах. Флоту ставилась простая задача, — остановить любой ценой или задержать. Командование, на непроверенных данных, строило гипотезы и планы, имея лишь неподтвержденные данные и минимум времени, поэтому, по сути, флот уходил в никуда. И что его ждало там, на окраинах Системы, не знал никто.
Он стоял на мостике, проверял последние данные, сверял курс. Но почему-то не мог забыть встречу с ней. С виду — обычная девушка, но чем она его цепанула. Её глаза…
Он, как и она, были очень взволнованы тем, что у них одинаковые глаза, один взгляд, с виду равнодушный, хитрый и слегка игривый, так смотрит хищник на свою добычу, когда понимает, что жертва уже никуда не убежит.
Но всмотревшись в её взгляд, он увидел бесконечность и холод, а за ним, где-то в глубине взгляда, он увидел край её души. Сначала он пугал, но всматриваясь глубже, Влас что-то увидел такое, от чего его бросило в дрожь. Он увидел маленькую девочку, которой всё интересно, а главное, он увидел своё отражение, и знал, что это же увидела и она. Он уходил в поход, возможно последний, он не знал, вернётся или нет. Но он знал одно, если суждено будет вернуться, они обязательно увидятся, он был уверен.
Конвой медленно шёл, покидая пределы Солнечной системы. Старые транспорты, пассажирские корабли с нарисованными красными крестами на бортах, наспех оборудованными простейшими системами ПВО, которые больше стояли для видимости, везли раненых и беженцев в надежде добраться до провинций, которых ещё не затронула война. Всего пятьдесят кораблей, не представляющих никакой угрозы. Было и охранение, десяток потрёпанных эсминцев, шесть крейсеров, которые худо-бедно могли летать, и четыре разведывательных корвета, все они были лёгкой мишенью для обычной кассиопейской эскадры. Но была надежда, что транспорты с ранеными и беженцами не тронут.
— Курс 9401! Скорость 6G! До выхода из прыжка ещё два часа, всем постам быть начеку! Проскочим квадрат 56–58, тогда может повезёт! Кораблям сохранять полное радиомолчание!
Корабли постоянно прыгали в сверхсветовые скорости, при каждом прыжке меняя курс, чтобы труднее было их обнаружить. Но эта часть космоса кишела кассиопейскими эскадрами, так же эсминцами класса «Охотник». Этот класс был вооружен мощными ракетами и создан для охоты на конвои, они были почти невидимыми для радаров и могли пробираться сквозь охранение, изнутри атакуя транспорты и сопровождение конвоя. Радары часто пропускали их мимо, так как на мониторах они позиционировались, как мелкие обломки астероидов или комет. Эффективно их обнаруживали ультразвуковые радары, но, из-за ограничений дальности, часто уже на стадии пуска ракет. Довольно опытный специалист РЛС (радаро-локационной станции) мог конечно распознать их по датчикам движения, но в начале войны таких было немного.
Флагманом этой битой флотилии был крейсер «Индионаполис». Командовал им капитан первого ранга, Джеймс Адамс, опытный командир, прошедший два вторжения. Начав свою карьеру с посыльного матроса, он дошел до капитана первого ранга. Среди команды пользовался авторитетом, несмотря на жесткость дисциплины.
— Радарная, смотреть в оба! Чувствую, что мы не одни в этом секторе!
Вдруг на мостике зазвучал громкоговоритель:
— Радиорубка мостику! Разведка обнаружила эскадру! Курс 5003 встречный! Опознавание — вражеская! Повторяю…
