– Мужчины думают, они охотники, но часто женщины указывают направление. Если ты готов, моя машина припаркована за углом.
– Окей, охотница Артемида, давай выследим нашу ворону. Глава двадцатая
Когда Алексий вошел в заднюю комнату автомастерской, там были все, кроме Зубочистки и толстяка Теодора. Все склонились над столом, глядя на что-то.
– Что тут у вас? – спросил он.
Мирон подозвал его взмахом руки. Алексий подошел к столу и увидел мятый лист бумаги. Мирон разгладил его со словами:
– Смотри, что принес нам Василий.
Алексий прочитал написанное:
ЧТО
Семена Медленной Смерти в наших Норах,
Мы покараем Крестоносцев. Иншалла.
Святые Воины теперь наши товарищи, о да,
Мы разнесем заразу стригалей по городам.
– Чертова загадка. Откуда она взялась?
Василий поднял свою культю с подколотым рукавом.
– Во время демонстрации ко мне подошла шальная баба, одетая как школьница. Ее потом отделал полицейский, но она успела мне сказать, что Тедеску оставил для нас это пророчество.
Йорго сказал:
– Согласен с Алексием, что это загадка. Но как мы ее решим?
– Обмозгуем вместе, – сказал Мирон. – Ясон Тедеску был мой товарищ. Я всегда знал, как он думает. Строчка про наказание крестоносцев и
– Согласен, – сказал Йорго, – но что это за
– Майор Фатима сказала Алексию, что у них спрятано оружие в туннелях под ирако-иранской границей, – сказал Василий.
– Значит, заглавное «ЧТО», – сказал Алексий, – должно означать оружие для операции «Зубы дракона».
Мирон кивнул, постукивая костылем по ботинку.
– Ясон знал, что я пойму. До Второй мировой наши деды были пастухами. Многие, кто стриг овец, заболевали. Это оружие медленной смерти.
Василий нахмурился.
– Овцы?
Мирон покачал головой.
– Перхоть от овечьей шерсти содержит споры сибирской язвы.
Алексий впечатал кулак в ладонь.
– Если использовать сибирскую язву как оружие, можно убить сотни тысяч.
– Мы знаем города, где с давних пор находятся спящие агенты Тедеску, – сказал Василий. – Теперь мы им передадим моджахедское оружие массового поражения.
– Но мы не знаем цели, – сказал Йорго, – как и способ распространить сибирскую язву.
– Это точно не все послание, – сказал Мирон. – Ты должен вытянуть остальное из нее, сынок. Сумеешь?
Алексий не успел ответить, когда послышались тяжелые беспокойные шаги, и в комнату ввалился запыхавшийся, вспотевший Теодор.
– Слишком поздно! – выкрикнул он.
– У тебя такой вид, словно за тобой черти гонятся, – сказал Йорго.
– Эта чертовка, Никки, засветилась. Алексий, ты должен избавиться от нее, сейчас же.
– Что ты несешь?
Теодор достал диск.
– Твоя драгоценная Никки подставила нас.
– Не понимаю. Она помогла мне ограбить банк. Мы отметили ее именины. Я уверен, она предана нашему делу.
– Она, может, и преданна, – сказал Теодор, жуя шоколад, – но она раскрылась.
– Не понимаю. Ограбление и побег прошли чисто.
– Твоя чистая подружка стала телезвездой!
– Каким образом?
Мирон махнул костылем Теодору.
– Давай, показывай.
Теодор подошел к стойке, отодвинул инструменты и вставил диск в плеер.
– Камера наблюдения перед банком сняла лицо Рэйвен.
– Не может быть. У нее шлем с темным визором.
– Ты был так занят делом, что не заметил, как она геройствовала. Смотри.
И тогда он увидел, как Никки соскочила с «Харлея» и бросилась ловить ребенка. Мальчик стал молотить руками и сдвинул темный визор, открыв ее лицо.
– Уже завтра, – сказал Василий, – Интерпол распространит ее фото по всему миру, и они проведут цепочку от ограбления банка к нам.
Мирон отшвырнул костыль на пол и плюхнулся в кресло.
– Алексий, я знаю, ты считаешь ее своей женщиной. Она слишком много знает. Нельзя, чтобы она попала в руки Элиаде.
– Мне нужно время, чтобы вытянуть из нее остальные пророчества Тедеску.
– Уже слишком поздно. – Мирон топнул здоровой ногой. – Ты видел запись. Мы не можем рисковать, чтобы они через нее вышли на нас.
– Что ты хочешь, чтобы я сделал?
– Как ты спланировал взрыв в Пирее?
– Я устанавливаю детонатор. Она подгоняет фургон к международному пассажирскому павильону. После взрыва мы бросаем фургон и возвращаемся на «Харлее».
– План меняется, – сказал Мирон. – Бомбу отвезет и взорвет Зубочистка.
– Почему Димитрий?
– Это последняя миссия Никки. Я сброшу таймер, чтобы ускорить взрыв.
– Но Зубочистка может пострадать, – сказал Йорго. – С самого 17 ноября вы двое были как братья.
– Почему теперь он должен умереть? – спросил Алексий.
– Он тоже поддался чарам Никки. Это делает его ненадежным. Он будет счастлив умереть как мученик.
– Возможно, – пробормотал Йорго, – если бы ему дали выбор.
– Ты оспариваешь мое решение? Может, хочешь быть вожаком?
Йорго покачал головой.
– В этом есть ирония – что он умрет от рук своих товарищей.
– Отец, неужели нельзя по-другому? Никки ужасно боится огня.
