Потом стало не до разговоров — все были слишком заняты: бегали вдоль берега, брызгали друг на друга прохладной морской водой, искали креветок и крабов. Но когда притомились, сразу же заговорили о том, как быть дальше.
— По-моему, надо изучить окрестности, — сказала Сьюзен. — Мы же наверняка скоро кушать захотим…
— У нас есть сандвичи, которые мама сделала в дорогу, — напомнил Эдмунд. — Во всяком случае, я свои еще не слопал.
— А мои остались в сумке, — пожаловалась Люси.
— Заодно с моими, — откликнулась Сьюзен.
— Мои сандвичи в кармане куртки, — сказал Литер. — Вон она, на песке. Что у нас получается — два завтрака на четверых? Голодновато будет, а?
— Мне есть не хочется, — сказала Люси, — а вот попить я бы попила.
Тут и остальные почувствовали жажду, что не удивительно — ведь они столько плескались под солнцем в соленой воде.
— Мы все равно что кораблекрушение потерпели, — хмыкнул Эдмунд. — В книжках всегда находится поблизости родник с холодной и вкусной водой. Пойдем поищем?
— Нам что, снова придется лезть в эти дебри? — с испугом спросила Сьюзен.
— Вовсе нет, — ответил Питер, — Пойдем вдоль берега. Если тут есть ручьи, они непременно стекают к морю.
Прошлепали по воде, по сырому, приглаженному прибоем песку, оставляя на нем глубокие следы; выбрались на сухой, нагретый солнцем песок, который лип к ногам, и принялись обуваться. Эдмунд с Люси хотели было идти босыми, бросив обувь там, где она лежала, но Сьюзен воспротивилась.
— Не глупите, — строго сказала старшая сестра. — А если мы заблудимся, что тогда? Так и будете без обувки шастать?
Спорить не стали. Когда все обулись, Питер повел остальных вдоль берега; море оставалось слева, а по правую руку лежал лес — такой густой, что за деревьями на опушке ничего было не разглядеть. Над головами изредка пролетали чайки, другие птицы не показывались, хотя в лесу их наверняка водилось множество.
Ракушки, водоросли, анемоны, крошечные крабики в лужицах морской воды на камнях — все это очень интересно, но когда хочется пить, а вместо родника натыкаешься только на те же самые ракушки, от них мало-помалу начинаешь уставать. Ногам в башмаках было неуютно и жарко. Вдобавок Сьюзен с Люси несли в руках свои плащи. Мальчикам было попроще: Эдмунд оставил свою куртку на скамейке, так что она исчезла вместе со скамейкой и железнодорожной станцией; теперь они с Питером по очереди несли длинный плащ Питера.
Постепенно берег стал забирать вправо. Четверть часа спустя перебрались через скалистый гребень, что оканчивался мысом, и тут берег резко повернул направо. Ребята остановились; то место, где они выбрались из леса, лежало у них за спиной, а впереди — впереди, отделенный протокой, виднелся другой лес, не менее густой.
— Это остров? — спросила Люси. — Или туда можно перебраться?
— Понятия не имею, — отозвался Питер.
Дальше шли в молчании. Берега неторопливо сближались, и стало даже казаться, что они непременно должны где-нибудь да сойтись. Однако надеждам не суждено было сбыться. Ребята взобрались на очередную скалу, с вершины которой открывался вид на много миль окрест, и…
— Вот незадача! — воскликнул Эдмунд. — Влипли по уши! Мы на острове, и нам с него не выбраться!
Он не преувеличивал. Ширина протоки, разделявшей два берега, составляла на глаз ярдов тридцать-сорок в самом узком месте; а дальше их берег вновь сворачивал вправо, и протока плавно расширялась. Итак, они на острове! И остров этот, похоже, не слишком велик — они уже успели наполовину его обойти.
— Смотрите! — Люси ткнула пальцем. — Что там такое?
По песку бежала, извиваясь как змея, длинная серебристая лента.
— Речка! Речка! — И ребята, мигом забыв об усталости, бросились вниз. Вскоре они спустились на берег; теперь следовало отыскать родник, из которого речка брала начало, — ведь у истока вода намного вкуснее. Густой лес встал стеной, но оказалось, что речка прорыла себе довольно глубокую канаву, вдоль которой, согнувшись в три погибели, можно было пробраться в глубь леса. Нет, до родника еще далеко; впрочем, и здесь вода наверняка слаще, чем на берегу. Ребята опустились на колени и принялись пить, а когда утолили жажду — умылись и смочили руки до локтей.
— Может, по сандвичу? — предложил Эдмунд.
— Оставим их про запас, — возразила Сьюзен. — Другой еды у нас нет.
— Мы очень хотели пить и совсем не хотели есть, — проговорила Люси. — А теперь, когда мы напились, неужели нам захочется есть?
— Я потому и предлагаю умять сандвичи, — объяснил Эдмунд. — Иначе они испортятся. Тут куда жарче, чем у нас в Англии, а сандвичи лежат в карманах…
