Доктор умолк. Молчал и Каспиан, потрясенный услышанным до глубины души. Наконец Корнелиус сказал:
— Идемте, ваше высочество. Вам пора в постель.
— Доктор, ну пожалуйста! — воскликнул королевич, — Расскажите еще что-нибудь!
— Если мы здесь задержимся, нас непременно хватятся, — напомнил королевичу мудрый доктор.
С той поры Каспиан и его учитель не раз и не два вели тайные беседы на верхушке главной башни, и с каждой беседой королевич узнавал больше и больше о древней Нарнии, так что со временем она заняла все его помыслы, дневные грезы и ночные сновидения. Ему отчаянно хотелось возродить былые дни. Впрочем, особо предаваться мечтаниям было некогда, потому что король всерьез озаботился образованием племянника. Королевич научился биться на мечах и ездить верхом, плавать и нырять, стрелять из лука и играть на флейте и на лютне, охотиться и свежевать убитых животных; также ему преподавали космографию, риторику, геральдику, стихосложение, разумеется, историю, а еще — юриспруденцию, физику, алхимию и астрономию. Магию он изучал только в теории; как заметил доктор Корнелиус, магическая практика — неподобающее занятие для королевичей. «Сам я, — прибавил гном, — маг почти никудышный, мне по плечу разве что маленькие чудеса». Навигации («благородному, героическому искусству», по словам Корнелиуса) Каспиана не учили — король Мираз не одобрял все, что имело хоть какое-нибудь отношение к морю и морскому делу.
Кроме того, королевич научился смотреть и слушать. Он давно уже спрашивал себя, почему же ему не нравится его тетка, королева Прунапризмия; теперь Каспиан понял: потому, что он не нравился ей. Понял мальчик и другое: что Нарния — несчастная страна. Налоги высоки, законы суровы, а король жесток.
Прошло несколько лет. Как-то летом королева как будто захворала, ее окружали бесчисленные лекари, нельзя было шагу ступить, чтобы не наткнуться в коридорах замка на очередного знатока целительных снадобий; а придворные шушукались между собой и замолкали, когда подходил Каспиан. Казалось, вот-вот случится нечто важное…
Ночью — Каспиан едва сомкнул глаза — королевича неожиданно разбудил доктор Корнелиус.
— Займемся астрономией, доктор? — спросил полусонный Каспиан.
— Тс-с! — прошептал Корнелиус, прикладывая палец к губам. — Доверьтесь мне, ваше высочество, и делайте, как я вам скажу. Вставайте и одевайтесь. Вам предстоит долгий путь.
Изумленный Каспиан подчинился — за эти годы он привык доверять своему учителю. Когда королевич оделся, Корнелиус протянул ему пустую суму.
— Наполните ее тем, что осталось от ужина, — сказал гном.
— А как же мои камергеры? Они нас увидят.
— Они крепко спят и не проснутся до утра, — заверил Корнелиус. — Уж сонное заклинание я творить умею.
Вдвоем вышли в переднюю. Как и утверждал Корнелиус, камергеры его высочества спали, развалившись в креслах и похрапывая. Сложили в суму провизию со стола: холодного цыпленка, ветчину, хлеб, яблоки, фляжку с добрым вином. Каспиан повесил суму на плечо.
— Меч при вас, мой милый королевич? — осведомился доктор.
— Разумеется.
— Тогда заверните его в эту накидку. Да и суму прикройте. Вот так. А теперь поднимемся на башню.
Поднимались в молчании. На верху (ночь была облачной, не видно ни луны, ни звезд) доктор Корнелиус огляделся и воскликнул:
— Ваше высочество, вы должны немедленно покинуть замок! Ваша жизнь под угрозой!
— Моя жизнь? — озадаченно переспросил Каспиан.
— Вот именно. Если хотите, жизнь истинного короля Нарнии, Каспиана Десятого, сына и наследника Каспиана Девятого. Да здравствует король! — И старик внезапно опустился на одно колено и припал губами к руке королевича.
— Доктор! — Каспиан отдернул руку. — Что все это значит? Я не понимаю…
— И я не понимаю, — перебил Корнелиус, — почему вы меня никогда не спрашивали, как же это так: сын короля Каспиана — и не король? Всем, кроме вас, прекрасно известно, что Мираз — узурпатор. Поначалу он еще пытался притворяться, называл себя наместником. Но потом умерла ваша мать — единственная из тельмаринцев, относившаяся ко мне по-доброму. После этого один за другим стали умирать или исчезать вельможи, преданные вашему отцу. Думаю, Мираз тайно расправлялся с ними. Белизар и Увилас погибли на охоте: их «случайно подстрелили» из лука. Всех мужчин рода Пассаридов отправили сражаться с великанами на северной границе; никто из них не вернулся. Ар лиана, Эримона и дюжину других казнили по ложному обвинению в измене. Двух братьев с Бобриной плотины объявили безумцами и посадили под замок. А семерых вельмож, не страшившихся моря (невиданное дело среди тельмаринцев!), Мираз убедил отплыть на поиски новых земель в Восточном океане; из них тоже никто не возвратился. Когда же при дворе не осталось никого из друзей вашего отца, Мираз, будто бы поддавшись на уговоры льстецов, занял королевский престол.
— По-вашему, теперь собирается покончить со мной? — уточнил Каспиан.
— Наверняка, мой королевич.
