Джил ни на мгновение не усомнилась в правдивости его слов — и никто, увидев строгий лик этого льва, не усомнился бы. Тогда она решилась: подбежала к ручью, опустилась на колени и зачерпнула пригоршню воды, хотя страшно ей было как никогда в жизни. Но и воды столь холодной и животворной она никогда в жизни не пробовала. Глоток такой воды мог бы утолить любую жажду. По правде говоря, она думала: «Напьюсь и сразу удеру куда подальше», — однако, напившись, поняла, что спасаться бегством в данном случае — самое опасное. Джил встала, губы ее были влажны от воды.
— Подойди, — сказал Лев.
Она подчинилась и, встав между его передними лапами, попыталась смотреть льву прямо в глаза. Однако скоро не выдержала и потупилась.
— Ну, чадо человеческое, — сказал Лев, — а где же тот, кто был с тобой?
— Он упал в пропасть, — Джил подумала и добавила: — Сударь, — она не знала, как положено обращаться ко львам, обойтись же вообще без этого было бы слишком невежливо.
— Как это случилось, чадо?
— Бяка пытался удержать меня, чтобы я не упала, сударь.
— Но зачем ты подошла так близко к краю, чадо человеческое?
— Чтобы похвалиться своей храбростью.
— Хороший ответ, дитя. Никогда больше не поступай так. А твой друг, — лик льва уже не казался таким строгим, — он жив. Я перенес его в Нарнию. Однако по твоей вине задача усложнилась.
— Какая задача, сударь? — удивилась Джил.
— Задача, ради решения которой я вызвал вас двоих из вашего мира.
Ответ озадачил Джил. «Наверное, он принял меня за кого-то другого», — думала она, однако сказать вслух не осмелилась, хотя понимала: из-за этого может произойти ужасная путаница.
— О чем ты задумалась, дитя?
— Мне кажется… я хочу сказать, тут вышла какая-то ошибка. Знаете, нас с Бякой никто не вызывал. Наоборот, это мы просили, чтобы нас впустили. Бяка сказал, что мы должны призвать какого-то… какого-то… — я забыла, как его зовут, — чтобы он позволил нам войти. Мы так и сделали, а потом оказалось, что калитка открыта.
— Вы не взывали бы ко мне, если бы я не позвал вас, — ответил Лев.
— Ой, так вы и есть он, сударь? — воскликнула Джил.
— Вне всяких сомнений. А теперь перейдем к делу. Далеко-далеко отсюда, в Нарнии, живет старый печальный король.
Печалит его то, что он остался без наследника. А без наследника он остался потому, что много лет назад его единственный сын исчез неизвестно куда, и никто не знает, жив он или нет. Так вот, он жив. Я призвал вас, чтобы вы отправились на поиски утраченного королевича: либо вы найдете его и вернете отцу, либо погибнете, либо вернетесь в ваш мир.
— Прошу прощения, — сказала Джил, — но как мы его найдем?
— Кое-чем я могу вам помочь, — сказал Лев. — Вот, запомни знамения, которым вы должны следовать в ваших поисках. Первое: как только твой друг ступит на землю Нарнии, он увидит своего лучшего старинного друга. Если Юстейс узнает его, подойдет и немедленно заговорит с ним, решение задачи намного упростится. Второе: вы должны отправиться из Нарнии на север и отыскать разрушенный город древних великанов. Третье: в том разрушенном городе вы должны найти надпись и поступить так, как она вам подскажет. Четвертое: вы узнаете королевича (если найдете его) вот по какой примете — это будет первый человек, который обратится к вам за помощью во имя мое, во имя Эслана.
Лев замолчал. Джил подумала, что ей, пожалуй, следует что-то ответить. И сказала:
— Все понятно. Благодарю вас.
— Чадо, — голос Эслана помягчел, — может быть, тебе и понятно, да не так хорошо, как кажется. Для начала нужно все хорошенько запомнить. Повтори мне знамения.
Джил попробовала и сразу сбилась. Лев поправлял ее и заставлял повторять снова и снова, пока она не выучила все назубок. Он не сердился и был с ней так терпелив, что Джил, осмелев, спросила:
— Простите, пожалуйста, а как же я доберусь до Нарнии?
— На моем дыхании, — отвечал Лев, — Я перенесу тебя на запад этого мира так же, как перенес Юстейса.
— Но ведь я не успею нагнать его и вовремя сообщить первое знамение? Впрочем, это, наверное, и не важно. Неужели он сам не подойдет к своему лучшему другу, как только увидит его?
— Не все так просто. Но тебе надо спешить, — сказал Лев. — Я отправлю тебя сейчас же. Иди вперед, к краю утеса.
Джил прекрасно понимала, что сама виновата в этой спешке. «Если бы я не валяла дурочку, — думала она, — мы с Бякой были бы вместе, и он знал бы условия задачки не хуже меня». И она пошла, как ей было сказано, обратно, к обрыву. Было очень страшно, тем более что Лев шел не рядом, сбоку, а совершенно бесшумно ступал своими мягкими лапами где-то у нее за спиной.
Однако, прежде чем она подошла к самому краю, раздался его голос:
