Хроники несчастных полностью

Аасма вскидывает бровь, раздумывая, отвечать на этот вопрос или нет. И нисходит для ответа, наконец.

– Вы здесь для того, чтобы оказать нам с Августом одну услугу.

– Какую? – спрашиваю я, подавляя в спине новый сильный спазм.

– Вы родите нам ребенка, – обыденным тоном заявляет она и берет с подноса тарелки со свежей едой.

В них лежат куски вареного мяса или рыбы с горсткой желтых обветренных кусочков теста.

Аня растерянно хлопает глазами и глядит в стену надо мной. Не верит в то, что слышит.

– Это шутка? – спрашиваю я.

Аасма выпрямляется, сжимает руки в кулаки и складывает их на пояснице. Смотрит на меня так, точно я произнес самую глупую и идиотскую фразу, которую она когда-либо слышала.

– Это не шутка, – серьезно отвечает она, нахмурив брови. – Нам с Августом нужен ребенок и вы здесь для того, чтобы родить нам его.

Достает из сумки на полу аккуратно сложенную туда одежду и, отделив Анины вещи от моих, бросает их нам.

– Родить ребенка? – огорошенно спрашивает Аня.

– Родить ребенка, – повторяет Аасма и выставляет перед нами тарелки на расстоянии растянутой до предела цепи.

– Что? Зачем? Как мы это… – меня разрывает на части от подозрений с догадками и вычленить из них что-то одно совсем не получается.

– Откуда вы знаете, что… – вмешивается Аня. – …что я…

Она хочет сознаться в том, что беременна. Она расскажет.

Уверен, что Аасма ни сном ни духом про Анину беременность. Откуда ей знать, если я сам услышал об этом вчера?

Аня, не глупи.

– Известно что? – спрашивает Аасма, отбросив сумку. – О чем ты говоришь, девочка моя?

Аня смотрит на меня и видит, надеюсь, всё, что написано у меня на лице.

Не знаю, как так быстро могло случиться, но в требовании Аасмы я сразу увидел возможность, шанс выбраться.

И чтобы не потерять его, этот шанс, Аня должна молчать.

– Известно что? – холодно и сурово переспрашивает Аасма, видя Анино замешательство.

Нужно отвечать что-то, быстро реабилитироваться и у Ани это получается превосходно.

– Откуда вы знаете, что я смогу его родить? Что если мы не можем иметь детей?

Аня на пределе, ей страшно до жути. Дрожит как лист на ветру, прячет глаза, но панике не поддаётся. Внутри ураган из чувств и эмоций, а на лице – растерянность и страх.

Помню это выражение лица. Ей тогда позвонила тетя и сообщила, что родители погибли (и кто такое говорит по телефону?) Какая же у неё была истерика… Я думал, это никогда не закончится.

Лишь бы сейчас она сдержалась.

– Вы что тоже бесплодные? – нахмурившись, спрашивает Аасма.

– Возможен и такой вариант, – отвечаю я. – Мы никогда этого не проверяли, не планировали ничего такого.

– А зря, – подмечает Аасма. – Дети – это же цветы жизни!

– Зачем он вам? – спрашиваю.

– За тем, что мы с Августом как раз из тех, кому не суждено стать родителями, – отвечает она мне, но глядит на Аню. – А я всегда мечтала стать мамой и вы исполните для меня эту мечту.

Говорит так флегматично, словно речь идет о покупке вазы или дивана, а не о рождении ребенка.

Я озадачен. Не могу сообразить, как короче, деликатней сформулировать и сказать ей, что это полный абсурд? Мы ведь не должны так просто соглашаться. Я искал план и он у меня появился и для для большей гарантии успеха нужно понабивать себе цену, создать вид, что мы против. Нельзя позволять ей прочитать наши намерения. Ладно, не наши, а мои. Аня о них пока еще не знает.

– Как вы себе всё это представляете? – спрашиваю я. – Беременность – это же так сложно и долго.

– А тебе-то что? – ухмыляется Аасма. – Ты его носить будешь что ли? Успокойся, твое дело – маленькое. А насчет времени… его у нас вагон.

– Нет, нет, это исключено, – растерянно произносит Аня. – Я не отдам вам его.

– Отдашь, – настаивает Аасма и, кивая в мою сторону, добавляет: – Отдашь, если хочешь жить сама и если хочешь, чтобы он тоже жил.

– Хотите сказать, вы отпустите нас? – с недоверием и одновременно надеждой спрашиваю я. – Оставите нас в живых после… после всего этого?

– Да пусть у меня руки отсохнут, если я вас обманываю. Места мне на том свете не найти, если мои обещания лживы! – без колебаний заверяет нас Аасма. – Но это всё при условии, что ты заделаешь ей хорошего и крепкого ребеночка, а она в свою очередь родит и отдаст его нам с Августом. – Потирает руки в предвкушении. – Всё не так сложно, правда?

– Очень «легко» – родить ребенка и тут же отдать, – подает голос Аня. – Собираетесь держать здесь нас все девять месяцев? В этом подвале?

Аасма торжественно склоняет голову в знак согласия.

– Вы сошли с ума! – вскрикивает Аня. – Я не буду рожать вам никакого ребенка! Это безумие! Вы чокнутая!

– Не нужно так кричать, – просит Аасма. – Я что прошу о невозможном?

Как ни странно, мне становится немного легче. Мы здесь не за тем, чтобы они нас убили, сожрали или искалечили, не для того, чтобы издеваться над нами.

Всё не так плохо.

– Переодевайтесь! – командует Аасма и достает из сумки большие портновские ножницы, бросая их мне. – Без фокусов. Будь умницей – разрежь штанину и передай инструмент жене.