Впервые я осознала себя, когда уже летела над морем. Нет, я, конечно, существовала давно. Но только отлетев достаточно далеко, я потеряла связь с Королевой и обрела индивидуальность. Человеку сложно понять это ощущение. Представьте, что вы родились уже взрослым. С определёнными навыками. Даже довольно большими, непонятно откуда полученными знаниями об окружающем мире. Или нет, не так. Представьте, что вы проснулись. А вся жизнь до этого момента была неясным сном.
Дело в том, что пока я жила в Рое, я не была отдельным существом. Хотя никакой внешней, биологической пуповины, которая связывала бы меня с остальными, не знаю как сказать… членами… у меня не было. Вернее, этой пуповиной был “голос” Королевы. Ментальный сигнал, которым она связывает Рой в единое целое. Каждый из нас — это как клеточка одного большого организма, состоящего из множества самых разных отдельных особей. Мы выполняем приказы — свои функции. А Королева думает за всех. Хотя, часть её сознания и памяти находится и в каждом из нас. Я же говорю — это сложно объяснить. Рой — это единое целое.
Мы жили в рукотворной… нет, не рукотворной, а жвалотворной… или клеще… в общем, в улье. Он огромный, как гора. И состоит из склеенных с помощью липкой слюны особей-строителей кусков горной породы. А также из многочисленных проходов и нор разного диаметра. Плюс, конечно, многочисленные подземные галереи.
Королева не только управляет, но и откладывает личинки, из которых вылупляются воины, строители, крылатые разведчики всех размеров и форм. Королева может, по-своему усмотрению, создать совершенно новый вид слуги, руководствуясь конкретной насущной необходимостью. Как из конструктора. Так, в нашем Рое были те, кто похож на известную людям стрекозу, муравья, пчелу или богомола. Причём, последний размером с лошадь, а условные муравьи достигают размера средней собаки. И, что интересно, все они — мужчины. Получить доступ к телу Королевы — великая честь. Этой привилегии достойны только лучшие. Голос Королевы, при обычных обстоятельствах “слышен” примерно на расстоянии дня человеческого пути. Может чуть меньше. И постепенно ослабевает. Если не ретранслируется с помощью других особей, а особенно её дочек: принцесс.
И вот тут самое интересное. Принцессы — тоже девочки. И рождаются они редко. Но только они могут “проснуться” и получить своё собственное сознание. Обычно для того, чтобы быть изгнанной из Роя, занять новое место и создать свой новый Рой. Именно поэтому меня и отправили за море.
Теперь я — личность. Это волнительно, одиноко и страшно. Подо мной бесконечное море, по волнистой поверхности которого скользит моя продолговатая тень. За спиной я слышу стрекот прозрачных крыльев. Несколько пар конечностей прижаты к брюшку. По человеческим меркам, я что-то вроде гигантского насекомого. Но это упрощение. А каждое упрощение — ложь. Я — нечто большее. Не только по размеру. Нечто более сложное. Дело не только в дыхательной системе, что гораздо ближе даже не к человеческой, а к птичьей. Без поступления кислорода в кровь я не смогла бы вырасти до своих размеров. Именно отсутствие нормальной дыхательной системы не позволяет обычным насекомым вырасти до размеров млекопитающих. А ещё, я могу менять свою внешность, мимикрируя под окружающие виды. Вот прилечу и на месте разберусь что к чему.
Берега я достигла на последнем дыхании. Честно говоря, ещё чуть-чуть, и я бы без сил рухнула в воду. Нужно было срочно подкрепиться. Осматриваться и осторожничать не было времени. Я нашла какое-то конусообразное строение на берегу моря, чем-то напоминающее мой старый дом, только со слишком прямыми стенами и прямоугольными проходами. Дикость какая-то! Хорошо, что эта башня была явно заброшена и полуразрушена. Это придавало ей более уютный, с моей точки зрения, вид.
На мой первый взгляд, самым многочисленным видом местной фауны, кроме, разумеется моих дальних родственников, были двуногие твари. Я поймала одну из них в железной скорлупе. Она, наверно, считала себя защищённой. Но какой же она была неуклюжей и слабой. По сравнению со мной. Я просто впрыснула свой пищеварительный сок между её защитных пластин. А потом подвесила с помощью паутины вниз головой в своём убежище. То, железное, что я вначале приняла за такой же экзоскелет, как и у меня, сыграло хорошую службу. Для меня. Оно сохранило тело, превратившееся в питательную кашицу, которую я с удовольствием высосала через несколько часов. Позже оказалось, что это не экзоскелет, а доспех. И что большинство безволосых обезьян, о существовании которых помнила моя королева-мать (а значит и я) ходят без них. Но и нападать на этот вид опасно. Это может привлечь нежелательное внимание. Поэтому, окуклившись на время, чтобы принять новую форму, я продолжила своё путешествие в поисках безопасного места для своего собственного Роя.
