— Хах… Не, ты прикинь, — один другого локтем двинул, — вылупятся грёбаные драконы, их бесконвойник откормит… и мы… Ору… И мы на них в атаку на Красный Замок. Понял, нет? Красный Замок?.. — Второй покачал головой. — На базу «Добрых», придурок, они в красных банданах рассекают.
— И как этих драконов вылупливать? — поинтересовался я сугубо из научного интереса. Учёный, как-никак, такие вещи должен знать.
Солдатики переглянулись, да как загоготали, а я стоял и вообще без понятия, чего их так насмешило.
— Короч. Нужна ведьма, овощ и большой костёр… — говорят.
— Лампой дневной попробуй, как цыплаков, — говорят.
Ну, а мне чего? У нас тут недалеко дыра в другую реальность имеется, удивляться нечему. Раз солдатикам драконы нужны — это я им устрою, если они в личное дело напишут, будто я в этом месяце свою норму по «светлякам» выполнил.
Я и пошёл за этой лампой к старшому. Тот поорал для вида, а потом тоже поржал. Странный они народ, солдатики. Лампу мне всё-таки выдали, я её вместе с яйцами в бараке устроил, еле влезли. Вивер с Щепкой под столом валялись, пока я корячился, но эти — по жизни дураки конченые. Они потом ещё братву звали и пальцем тыкали: во, мол, поглядите, у Сизого совсем уж кукуха едет. Издевались, сволочи. А тварюшки взяли — да вылупились! Тогда уже я ухохотался, над неучами этими. Тварюшки-то маленькие — во! — с мой кулак. Цвета дохлятины такого… тьфу. Тухлятины — бледно-зелёные. Кожа прозрачная, вены синим просвечивают. Дохлые, страшные, скользкие — как шипастые червяки с ножками и глазами… Глаза совсем чума — склизкие, в гное, а зрачки… как у козы, горизонтальные. Боюсь коз… Все боятся козьих зенок — научный факт, между прочим, пусть только кто попробует заржать.
***
Сизый закончил. Почесал в рыжей бороде, потянулся к котелку, рыгнул. Развалился на своём рюкзаке с таким видом, будто только что провёл лекцию по ядерной физике. Ещё и глаза прикрыл этак снисходительно, ждал аплодисментов, блин.
Несколько секунд был слышен лишь треск костра и… лампа. Люминесцентка мигала, может даже не одна: характерный такой звук, на Ближнем Востоке Ходок вдоволь наслушался в разрушенных снарядами домах. Но здесь же всё обесточено… разве нет? Повертел головой для гарантии: пусто. Комната абсолютно пуста. Свет давало лишь открытое пламя.
Авторитет громко кашлянул, заставив вздрогнуть и проморгаться. Неуместный звук исчез.
— Круто, — вякнул Векша. Стрельнул чёрными глазёнками в сторону сидящего в тени молчаливого дедка. — Круто же, да?
Дедок пожал плечами: не впечатлился, видимо, рассказом. По телу пробежал противный холодок. Ясное дело: одежда ещё не просохла. Интересно, сколько ещё нужно времени, чтобы согреться?
— А куда эти твои драконы потом делись? — Лиличка скептически дёрнул бровью и дёрнул на себя котелок с едой. Сизый выругался. Лиличка втянул в себя мясо.
— Сдохли! — рыкнул Сизый. Жирное лицо под рыжими зарослями покраснело. — Попёрся к «Полярису», чтоб носом, носом их в этих змеюк! А то, слышал? «Шлак нихрена не стоящий» — сказали. Я человек учёный — все знают, а эти дебилы драконьи яйца шлаком назвали!
— И? Как твои змеюки сдохли-то? — уточнил Лиличка.
— Хрен знает, — пробурчал тот.
— Вот так раз. Не понял.
— Чего тут понимать? Я потопал к «полярникам», а навстречу — «Добрые». Хотели «светляки» забрать, но я ж нихрена не нашёл, я пустой был!
Его послушай — он вечно пустой. Но паёк же как-то у вояк отрабатывает? Врёт.
— Драконы тут причём? — повысил голос Лиличка.
— Покажи, говорят, гавриков. Ух ты! Живые!.. Тьфу. Они их палками и затыкали. Насмерть, — Сизый прикрыл глаза рукой.
Лиличка с Векшей в унисон засмеялись. Отработано, будто по сигналу. Ходока хватило лишь на полупрезрительное фырканье. Ему среди этих людей всё ещё было неуютно. Не так что-то, неправильно.
— Знаете, а мне «Добрые» сначала нормальными казались, — весело завёл Векша. — Там дядька крутой есть… или был. Может, он уже помер. Как же его… Дру… Нре… Му… — подскочил на своём месте от нетерпенья. — Кто-то из вас по-любому его встречал, вы тёртые… — «Бывалые», — поправил про себя Ходок, пряча дурную улыбку. — Авторитет, можно эту расскажу? Она длиннее первой, ну, про зонтик. Тебе понравится!
Дедок уставился в костёр, раздумывая. В тёмных, пустых до невозможного глазах плясали языки огня, между взмахами ресниц отдающие отчего-то холодным светом ртутных ламп. Под влажной одеждой вновь забегали ледяные мурашки.
Наконец, он кивнул.
Векша в предвкушении потёр ладони:
— Ну, это был май, прошлый май…
========== Байка вторая, от Векши. Дядька-мощный-огнестрел ==========
Вообще, я май очень люблю: весна, солнышко не яркое ещё, тепло, а не жарко, как летом. Но вот прошлый май… Плохое было время, хотя бы потому, что я попал в тюрьму.
