Вдруг Тукан жестом скомандовал остановку и без всякого предупреждения мечом вскрыл коробку, которую всё это время нёс, пряча у себя под кирасой. Ойкнув, он высыпал содержимое — семь прочно закупоренных склянок, лежавших на подстилке из соломы — себе на руку, и отбросил бьющийся магией деревянный ящичек прочь.
— Вот было бы забавно, если бы магия тебя убила или уничтожила содержимое, — хмуро заметила Фиона. — Ты вообще думаешь хоть иногда или всегда полагаешься на авось?
— Авось не авось, но я твёрдо знаю: эта коробка — то, что у нас будут искать в первую очередь, — парировал крестоносец, разглядывая одну из склянок на свету.
В ней находилась вязкая жидкость оранжевого цвета. Такая же находилось в ещё трёх склянках. Остальные содержали в себе похожую по консистенции жидкость, но кислотно-зелёного цвета.
— По цвету один в один, как светились те короба на арене, — разглядывая колбочку, заметил Фалайз. — Не думаю, что это случайно.
— Согласна, — поддержала его жрица и вернулась к первоначальной теме разговора, — и что ты теперь делать будешь? Держать их в руках?
— Нет, я попрошу тебя их спрятать… у себя, — смутившись, объяснил крестоносец.
— В карманах, что ли… — начала Фиона, но сама догадалась, что имел в виду Тукан, и моментально побагровела. — Серьёзно⁈
— Посуди сама: тебя будут обыскивать менее тщательно, чем нас с Фалайзом, — резонно заметил крестоносец. — Если, конечно, до этого вообще дойдёт. В смысле прибить, а затем обыскать тела явно будет проще, но мало ли — вдруг пронесёт.
— Ладно, давай сюда, — нехотя согласилась жрица и, отойдя чуть в сторонку, принялась прятать склянки.
— О-о-о, подруга, да у тебя теперь честный третий размер! — нахально заявил Разочарослав, когда Фиона вернулась. — Вот какие чудеса творит современная химия!
— Это, — нарушил повисшую, очень тревожную тишину Тукан, — если очень хочешь, мы с Фалайзом можем понести вещи и сами…
— Он этого и добивается, — успокаиваясь, заметила жрица, бросив взгляд «вниз» и сразу принявшись поправлять одежду. — Лучше идёмте. Уверена, неприятностей у нас сегодня будет ещё много и без стояния на месте.
Вновь потянулись однообразные пейзажи. Насчёт которых у Фалайза упорно формировался и уже даже почти сформировался один немаловажный вопрос: где хоть кто-нибудь? То, что здесь не было других игроков, объяснялось просто: дорога вела не в самое популярное место на континенте. Но и боты также отсутствовали! Даже монстры или просто живность. В «Хрониках» так попросту не могло быть: это игра, которая не терпела пустоты.
Тем не менее вот уже битый час троица шла в абсолютной безлюдной, безмонстровой и безботной местности. Это начинало нервировать не только дикого мага, но и его сопартийцев и даже Разочарослава.
— Знаете такую пословицу: чем тише перед бурей… — начал демон, но договорить ему не дали.
— На нагнетай! — шикнул на него Тукан и, вдруг замерев на секунду как от озарения, спросил, — тот безумный дворф, хммм, не помню его ник, говорил, что ты всезнающий. Вот и скажи: где нас ждёт ж… самое тёмное место этого путешествия?
— О! — хлопнула себя по лбу Фиона. — Мне тоже это про него говорили! А я и забыла…
— Вообще-то, — крайне едко начал Разочарослав, — возможность запрашивать через меня информацию из баз данных игры даже раз в год — это одна из главных причин, почему за мной охотятся. После моего невероятного обаяния, конечно же.
— Так вот зачем с тобой хотела поговорить Кара! Подожди-ка… — догадалась жрица, но сразу помрачнела и прервалась.
— Круто она вас кинула, а? — закончил за неё демон. — Наверное, «случайно» забыла упомянуть, что с моей помощью вы могли бы отделаться от своего долга в мгновение ока — просто спросив меня про какой-нибудь клад или схрон. Конечно, меня вынуждают давать расплывчатые ответы, но… это не такая большая проблема.
— Уверен… уверен, что у Кары были причины так поступить, — попытался вступиться за нежить Фалайз.
— Вот в чём вам, людям, не откажешь, так это в излишней, зачастую ничем не обоснованной вере, — заметил Разочарослав отстранённо.
— Сколько нам осталось ждать твоего всезнания? — понуро поинтересовался Тукан.
— Триста пятьдесят два дня.
— Ну… значит, подождём, — переглянувшись с остальными, ответил крестоносец.
По их с Фионой взглядам было заметно, что они далеко не восторге от такого поступка Кары. Фалайз в целом был с ними согласен, хотя и записывать нежить в список плохих людей пока не спешил.
«Может, она просто не знала, что мы не знаем?»
Такое объяснение звучало вполне логично, но почему-то в него совсем не верилось. Скорее верилось в обратное: что нежить всё знала, поэтому и пришла тогда. А некое «спасение» от гильдии Убийц стало лишь поводом или даже удобным предлогом.
От пасмурных мыслей Фалайза отвлекло то, чего он с сопартийцами давно уже ждал — на них наконец напали. Точнее, собирались напасть. Причём не преследователи из лаборатории Нинэк, а простые боты.
