Куда сильнее пострадали кони — они не имели ни защиты, ни возможности увернуться от случайных стрел, коих рахетийцы выпустили огромное количество. Среди потерь оказался и Разочарослав. Ранение внешне казалось несерьёзным, но это не помешало ему взбрыкнуть, упасть на бок и спустя считанные секунды начать рассыпаться прахом.
— Вот скотина, — вытирая пот, гарь и прочую грязь с лица, прокомментировал Тукан. — Поди сам её словил, чтоб отпуск себе устроить.
— Так вот зачем у меня эта штука, а я всё думаю! — раздался голос Фионы. — Она отправит меня в отпуск!
Жрице тоже не повезло попасть под случайный обстрел. В её случае стрела угодила и застряла в плече.
— Тебе она не мешает? — поинтересовался крестоносец, касаясь рукой оперения.
— Наконечник зазубренный — так просто не вынешь.
Без лишних слов и предупреждений Тукан дернул стрелу на себя. Показатель здоровья Фионы мгновенно резко пополз вниз, почти уйдя в ноль, но затем она начала себя лечить, и раны постепенно затянулись.
— Ты не должна что-нибудь сказать? — с намёком поинтересовался крестоносец.
— Зачем? — не поняла его жрица.
— Хотя бы ради отыгрыша!
— Ну, предположим: ау, как мне больно! — абсолютно наигранно и почти без эмоций на лице произнесла жрица.
Пока они вдвоём смеялись над этой простенькой шуткой, Гонгрик тем временем начал раздавать указания касаемо дальнейшего движения. Не прошло и получаса, как караван, перестроившись, перегрузив грузы на целые телеги и распределив по ним лошадей, а местами и игроков, продолжил путь. Больше препятствий на пути в Заводной город у них не было.
Боец Эдельвейса
Главным минусом несения службы в гарнизоне Южного туннеля для эльфа по имени Думплетур были обязательные шестнадцать часов в неделю, которые требовалось проводить стоя в воротах крепости и контролируя прибывающие грузы. Учитывая, что эти самые грузы практически отсутствовали из-за войны, пост превращался для него в натуральную пытку.
Кроме того, он нёс и финансовые потери. Для того чтобы попасть в Заводной город требовалось наличие определенных документов. Помимо этого Механики запрещали ввоз некоторых товаров, например, любых наркотиков. Далеко не все могли или горели желанием играть по правилам. Зато почти у всех имелись деньги, позволяющие срезать «острые углы», не замечать очевидного и находить несуществующее.
Из-за войны и принесших её рахетийцев, которые пока стояли лагерем в горах в пяти-шести часах марша от Южного тоннеля, поток торговцев практически иссяк. А немногие прорвавшиеся, чаще всего просто купившие себе право прохода, не спешили делиться деньгами с стражниками.
Это ещё сильнее било по Думплетуру, вынуждая его проводить все необходимые процедуры. Впрочем, он всё равно ленился и выполнял хорошо если десятую часть от своих обязанностей. Главная из них состояла в том, чтобы следить за подчинёнными ему ботами-стражниками.
На очередную повозку, нагруженную какой-то рудой, Думплетур посмотрел искоса и без интереса. Точно такого же взгляда удостоилась пара торговцев, сидевших за вожжами.
— Вы бы её хоть накрыли чем, — буркнул стражник, давая им знак проезжать, —сыпется ведь.
— Не с-сыпется, — уверенно ответил ему один из торговцев с какой-то недоброй, непонравившейся Думплетуру ухмылкой.
Впрочем, какой-то вежливости ожидать и не приходилось: стражу Южного туннеля не любили, порой совсем не на пустом месте.
Проводив повозку взглядом и отметив про себя, что её груз действительно не сыпался, эльф вернулся на свой прежний пост в ожидании очередного груза.
За весь следующий час он пропустил мимо себя всего шесть повозок. Между тем, в былые дни, за это же время здесь проходило минимум в десять раз больше!
— У вас там шахту какую-то открыли, что ли? — удивился Думплетур, глядя на очередную телегу, набитую необработанной рудой.
Таких за этот пост он видел как минимум уже четырежды.
— Скидки большие, вот и везём, — спокойно, пускай и немного едко ответил торговец.
Эльф махнул рукой, мол: «проезжай давай» и услышал будто бы смешок. Однако сам торговец в этот момент смотрел прямо на стражника с абсолютно спокойным лицом. Списав всё на буйство фантазии, Думплетур отправился дальше скучать.
Торговцев больше не было, зато мимо промаршировала целая рота Небесной стражи — элитного подразделения из Мина в нетипичной броне восточного типа с забавными высокими шлемами, которые прибыли на помощь Заводному городу и теперь охраняли его южные рубежи.
Они эльфу не нравились: заносчивые, гордые, выставляющие своё участие в этой войне как акт величайшего милосердия, на деле же только ходившие туда-сюда. Да и какая там война! Одно название.
Рахетийцы не могли взять Южный туннель — Думплетур был в этом уверен как игрок, прослуживший в этой крепости четыре месяца. Какие бы силы южане ни собрали, этого бы всё равно не хватило. Гибель Гвельвальда эльф считал не более чем случайностью, не забывая при этом подозревать в произошедшем его капитана, которого теперь судили всем Заводным городом в предательстве.
