— Ты знаешь, Гаррет, — шепотом сказал гоблин, — я начинаю бояться, что мы нарвемся на Первых.
— Я тоже, Кли-кли. Я тоже.
— Может, все же они ушли на праздник, а тот воин ошибся? — Видно было, что шут не очень-то верит собственным словам.
Конечно же они не ушли ни на какой праздник…
Запах гари мы почувствовали еще домов за двадцать от пожарища. Горел огромный амбар какого-то зажиточного крестьянина. Точнее, не горел, а сгорел. Нас встретило едва дымящееся пепелище.
К запаху гари примешивалась вонь горелого мяса. Лошади начали нервничать.
— Проверьте, — пророкотал из-под шлема Фер.
Один из воинов неохотно прикрыл лицо рукавом и пошел к пожарищу. Ступая по остывшим углям, переступая через прогоревшие бревна, он поводил носком сапога по пеплу и побежал к нам. Лицо у него побледнело.
— Все сгорели, командир! Сплошные обугленные кости. Загнали в амбар и подожгли, их там сотня с лишним.
Кто-то за моей спиной шумно вздохнул, кто-то выругался.
— Как это могло произойти?
— Кто-то за это ответит!
— Не распускать сопли! Вперед, шагом, — резко сказал Фер. — Арбалетчики, выдвинуться в первую линию.
— А мертвые, командир?
— Позже, — ответил Фер.
Остальных жителей мы нашли на маленькой площади деревушки, где расположился трактир и деревянный храм богов — больше пяти десятков трупов. Все тела выпотрошены, будто рыбы, головы отрублены и свалены в одну большую кучу. Запах крови и смерти стучался в ноздри, гул от тысяч мух, слетевшихся со всей округи, звенел в ушах. Казалось, здесь пробежала толпа безумных шутов, которая разбрызгивала кровь из ведер направо и налево.
Кто-то из воинов свесился с лошади, и его вывернуло наизнанку. Я и сам, признаюсь честно, едва не последовал его примеру. Пришлось приложить массу усилий, чтобы сохранить завтрак в желудке.
Такого не должно быть, такое просто не имеет право существовать в нашем мире!
Мужчины, женщины, старики, дети… Все те, кто не сгорел в амбаре, лежали на затопленной в крови площади.
— Там, — мотнул головой Сурок.
На стене трактира висело семеро. Их руки и ноги были прибиты гвоздями к доскам, животы вспороты, головы отсутствовали. Двух женщин повесили, перебросив веревку через вывеску трактира, и их тела едва качались, подчиняясь слабым дуновениям ветерка.
Послышалось чириканье, и я повернул голову на звук. Маленькая тварь с серой кожей, размером не больше младенца, оторвалась от пожирания плоти и подняла на нас окровавленную морду, моргая красными плошками глаз. Вторая тварь, увидев, что мы смотрим на нее, зло зашипела.
Щёлкнула тетива лука, и первый трупоед, взвизгнув, упал, пронзенный эльфийской стрелой. Второй падальщик проворно юркнул в сторону, и Элл промазал. Существо, гневно чирикая, скрылось за домами.
— Гхолы, мать их! — заворчал Делер.
— Трупоеды уже пируют…
— Снимите тела, — отдал воинам приказ Фер.
Пограничники принялись перерезать веревки у повешенных и снимать со стены семерых мертвецов.
— Мне не нравится, как здесь пахнет, — простонал Кли-кли.
— Мне тоже, Кли-кли.
— У всех голов отрезаны уши, — сказал Угорь, бесстрастно рассматривая мертвецов.
— Груунские ухорезы, — со знанием ответил нам один из воинов. — Это их работа.
— Ухорезы? — вскинул бровь Халлас.
— Каратели. Любят пошастать по нашей земле и пособирать уши.
— Ясно.
— Фер, скажите, мог кто-нибудь остаться в живых? — обратился к командиру воинов Алистан Маркауз.
— Из жителей? Сомневаюсь, — мрачно сказал пограничник, наблюдая, как воины бережно укладывают снятых со стены мертвых. — Хасал, как давно все случилось?
— Вчерашний вечер, командир. Пепелище едва дымится, кровь свернулась…
— Нам надо как можно скорее попасть в Кукушку, мы еще успеем догнать Первых и отомстить.
— Надо проверить остальную деревню, орки могли остаться, — покачала головой Миралисса.
— Зачем, треш Миралисса? Что им здесь делать?
— Кто поймет Первых, Фер? Дальше улица разветвляется, по какой вы думаете повести отряд?
— Одноглазый, ты ведь отсюда? — обратился Фер к воину с черной повязкой на левом глазу.
— Да. — Лицо у парня было зеленее весенней листвы. — Тетка, сестренки… Все…
— Соберись, воин! Не время раскисать! Куда ведут эти две улицы?
— Они друг напротив друга, командир, идут до конца деревни. Там дальше богаче жили, дома получше, да и сады начинаются…
— Я думаю разделить отряд поровну, милорд Алистан. Надо обследовать обе улицы, вдруг кто и выжил из жителей?
— Дробить силы — это неразумно.
— И все же я считаю, что так лучше.
— Поступайте, как считаете нужным, вы здесь командир.
— Хрюч, Рот, со своими десятками по левой улице. Орел, Факел, вы со мной.
— Хорошо, командир.
— Элл, Медок, Халлас, Угорь, Гаррет, Кли-кли, езжайте с Хрючем, — отдал приказ Алистан Маркауз. — Леди Миралисса, Эграсса, Сурок, Делер, Фонарщик и я будем следовать за отрядом Фера.
— Стоит ли нас разделять, милорд? — недовольно спросил Делер, пробуя большим пальцем остроту лезвия секиры.
— Нельзя ослаблять один из отрядов. Мы им можем пригодиться.
— Двинулись, — скомандовал Фер. — Рот, встречаемся в конце деревни.
— Да, командир.
— Если что, трубите в рога, — сказал напоследок рыцарь, посылая коня вперед.
