— О! — Гоблин, не оборачиваясь ко мне, назидательно поднял палец вверх. — Что и требовалось доказать. Вы, воры, все такие?
— Какие?
— С короткой памятью на добрые дела, которые совершают ради вас!
— Да ладно, успокойся, Кли-кли. Я помню, что обязан тебе один раз.
— Как один раз?! — Шут аж споткнулся и едва не полетел вниз.
— Ты меня спас от собаки, а я тебя из речки, так что я должен тебе одно спасение, — ухмыльнулся я.
— А может, я умею плавать, а тогда просто притворялся? — с хитрым прищуром проговорил Кли-кли.
— Ну, тогда ты и в самом деле дурак.
— Ладно, признаю — плавать я не умею. Мы, кстати, пришли.
Я и не заметил, как оказался на стене. Она была широкая, огромные зубцы, бойницы, синее небо и ветер. Здесь стены уже не защищали от него, и он дул прямо в спину. Представляю, каково тут находиться зимой или во время урагана. Непобедимый вылез из-за пазухи и перелез мне на плечо.
— Ну и что ты хотел показать? — Ничего интересного, кроме катапульт, нескольких лучников, несущих стражу, и одного мастерового, укрепляющего камни стены, я не увидел.
— Да не туда смотри! — Кли-кли подтянул меня к самой бойнице, от усердия едва не столкнув со стены. — Сюда!
Замок стоял на пригорке, и вид открывался великолепный. За крепостными валами, тремя рвами, небольшой речкой с ленивым течением, полем ярдов триста в длину, поросшим какими-то редкими кустиками, начинался лес.
Заграба.
Огромная стена деревьев, величественная и прекрасная, смотрела на меня с того берега реки. Лес, размерами готовый поспорить с Валиостром. Он простирался на тысячи лиг.
Передо мной был край, где на заре времен гуляли боги, королевство, существовавшее на Сиале еще во времена Темной эпохи, когда об орках и эльфах еще и не слышали. Загадочные, сказочные, волшебные, чарующие и в то же время кровавые, страшные и жуткие леса Заграбы.
Сколько легенд, сколько мифов, сколько бесконечных историй, загадок и тайн пряталось под зелеными ветвями лесной страны? Сколько прекрасных, диковинных, опасных существ бродило по узким звериным тропам?
Прекрасные города эльфов и орков, знаменитые Листва и Лабиринт, заброшенные идолы и храмы ушедших рас, останки городов огров, с которыми может поспорить лишь само время, и конечно же чудо и ужас всех северных земель — Храд Спайн.
— Моя родина. — Голос Кли-кли звенел. — Чувствуешь запах?
Я вдохнул воздух. Пахло свежестью, лесом, медом и размятым в руках листом дуба.
— Да.
— Правда, они прекрасны?
— Правда, — совершенно искренне ответил я.
Огромный зеленый ковер простирался перед нами, уходил далеко за горизонт и скрывался в вечерней дымке.
Заграба казалась бесконечной. Я сощурился, и на миг в сиреневатой дымке мне почудились величественные вершины Гор карликов, подпирающие небо. Конечно же мне всего лишь показалось, до великих гор сотни лиг, и отсюда их невозможно увидеть.
— Почему этот лес называют Золотым? — спросил я у приникшего к бойнице Кли-кли.
— Там растут златолисты. — Шут безразлично пожал плечами.
— Темнеет, давай возвращаться. — Я бросил последний взгляд на Заграбу. — Не хочется поломать себе ноги во время спуска.
К замку подступили сумерки. Во дворе зажгли факелы, людей было мало, тела мертвых уже сгрузили с телеги и унесли. Ни Угря, ни Алистана, ни Миралиссы.
— Ну и где нам теперь искать своих? Я не собираюсь как дурак бродить по цитадели.
— Чего-нибудь придумаем, — неунывающе сказал Кли-кли.
— Мастер Гаррет, мастер… — небольшая заминка, — …Кли-кли?
К нам подошел старикашка в необъятном балахоне.
— Совершенно верно.
Старикашка вздохнул с облегчением и дернул головой:
— Следуйте за мной, вас ожидают.
Он прошаркал в одну из башен, провел нас через длинный холл, все стены которого были увешаны оружием, повернул на узкую винтовую лестницу, и мы оказались в зале, где уже находились Дикие, милорд Алистан и Эграсса.
— А где Мумр? — Кли-кли уселся на лавку и подвинул к себе тарелку.
— Спит, ему нездоровится, — прочавкал Халлас, запихивая в рот кусок колбасы.
— С ним все в порядке?
— Небольшой жар. — Угорь отхлебнул пива. — Пару дней — и он будет в норме. Меня больше беспокоит здоровье Медка.
— Миралисса сделает все возможное, чтобы спасти его, — не поднимая глаз от тарелки, сказал Эграсса.
Весь дальнейший ужин прошел в молчании.
Когда среди нас появилась эльфийка, Эграсса вскочил и подвинул ей стул. Леди Миралисса благодарно кивнула, было видно, что она выжата до предела. Под глазами залегли тени, лоб прорезали глубокие морщины, волосы распущены и перепутаны.
Милорд Алистан молча налил темной вина.
Она лишь отрицательно покачала головой и улыбнулась грустной улыбкой:
— Вино и еда подождут, мне следует сделать еще одно дело. Эграсса?
— Да, люди уже все приготовили, на улице стемнело. Можем начинать.
— Вы поели? — обратилась она к нам.
— Мы готовы, миледи, — ответил за всех милорд Алистан.
Кли-кли поспешно кивнул с набитым ртом.
— Идемте, — односложно сказала она и встала. Эграсса бросился к ней и поддержал за локоть.
Леди Миралисса, — жалобно протянул Халлас. — Вы ни словом не обмолвились о Медке. С ним все в порядке?
