Я не очень-то верил, что Кли-кли нормально уложил мои вещи, и вывернул содержимое мешка на кровать. С гоблина станется подложить мне в вещи с пяток тяжеленных булыжников просто так, по доброте душевной. Булыжников, слава Саготу, не оказалось, зато нашлась куча ненужного и тяжелого.
— Что ты делаешь? — Кли-кли скептически смотрел, как я откладываю лишние вещи.
— Избавляю свою спину от ужасных мучений, — буркнул я, отбрасывая в сторону чугунный котелок.
Следом за котелком полетел набор столовых приборов, подсвечник со свечами, моток веревки, молоток, швейные иглы, две пары сапог, запасная кольчуга и прочая и прочая и прочая. Когда я закончил, мешок значительно полегчал. Теперь я со спокойной душой мог взять его с собой в путешествие, не опасаясь, что переломлюсь в самый неожиданный момент.
— Столько трудов насмарку, — скорбно вздохнул Кли-кли.
— Не тебе его нести, так что не ной, — сказал я, укладывая одеяло.
— Давайте поторапливайтесь. — В дверь заглянул Халлас. — Пора.
— Идем попрощаемся с Медком. — Кли-кли выскользнул за дверь.
По дороге мы наткнулись на Фонарщика. Дикий был бледен, рубец на его лбу выглядел ужасно, но на ногах Мумр стоял крепко.
— Ты как, живой? — участливо спросил у воина Кли-кли.
— Рано хоронишь, шут, — криво усмехнулся Фонарщик и тут же болезненно поморщился, — Я еще намереваюсь вернуться к Одинокому Великану. Вы к Медку?
— Ага, знаешь, где он?
— Да, я только что оттуда. Выходите из башни, через двор, в левую дверь, по лестнице на второй этаж и третья дверь справа.
— Спасибо, если нас будет искать Алистан, скажи ему, что ты нас не видел. Шевели копытами, Гаррет, время уходит!
Мумр посмотрел на меня с жалостью — когда Кли-кли садится кому-нибудь на шею, от него не отвяжешься никакими силами.
Комнату Медка мы нашли без всяких трудностей. За одну ночь воин исхудал так, будто его не кормили целый месяц. Из великана и силача, каким мы все его помнили, он превратился в скелет. Пергаментная кожа, грозясь лопнуть, обтягивала кости, глаза лихорадочно горели, желтые волосы казались выгоревшими на солнце. Не знай я, что на кровати лежит Медок, подумал бы, что передо мной глубокий старик. Шаман орков славно поработал и, если бы не помощь Миралиссы и мага Пограничного королевства, лежать нашему товарищу в могиле рядышком с Сурком.
Увидев нас, он слабо улыбнулся.
— Как ты? — пискнул Кли-кли.
— Паршиво. — Воин усмехнулся. — Умудрился же я попасть под раздачу к этому шаману!
— Не переживай. Главное, что жив остался.
— Спасибо, Гаррет, успокоил, — фыркнул он мне в ответ. — Делер обмолвился, что Сурок и Элл… Это правда?
— Да, — односложно ответил я.
— Что ж, выходит, я действительно легко отделался… Вы уже уходите, как я смотрю.
— Угу. — Кли-кли поспешно кивнул.
— Жаль, что не смогу отправиться с вами, — вздохнул он. — Как не вовремя все это приключилось!
— Ты не переживай и выздоравливай, — засуетился Кли-кли. — Я вот тут тебе принес, поправляйся, в общем.
Кли-кли достал из-под плаща большое спелое яблоко и положил его на стол возле кровати Медка. Потом подумал и присовокупил к нему морковку.
— От чистого сердца.
— Я знаю, Кли-кли, — серьезно кивнул Медок. — Ты хороший парень.
— А то! — заухмылялся гоблин. Затем проказливо оглянулся на меня, наклонился к самому уху воина и что-то ему прошептал.
Медок вытаращил глаза и удивленно посмотрел на гоблина.
— Я не вру, — совершенно серьезно произнес Кли-кли. В глазах шута плясали демоны веселья.
Медок, откуда только силы взялись, оглушительно захохотал:
— Ну ты даешь! Ну… Никто не знает?!
— Не-а, — ухмыльнулся гоблин.
— Вы о чем? — озадаченно спросил я.
— Ни о чем. Мы это так… — ощерился в идиотской улыбке гоблин.
Медок захохотал еще сильнее. М-да… гоблин сегодня в ударе.
— Присмотришь за ним? — Я снял с плеча Непобедимого и усадил на стол рядом с морковкой, которая сразу же заинтересовала линга. — Здесь ему будет намного лучше, чем с нами в лесу.
— Конечно, пускай остается.
— Ну, нам пора, бывай.
— Выздоравливай.
— Эй! — окликнул он, когда мы уже выходили. — Возвращайтесь с победой.
— Обязательно. Обязательно вернемся!
Не знаю отчего, но я почувствовал странную уверенность, что назло всем врагам и судьбе добуду для Ордена этот проклятый Рог.
До границы нас провожал Фер с десятком воинов из тех, что ехали с нами от Кротового замка. Заграба встретила отряд молчанием дремлющего леса, утро для которого наступит лишь через несколько часов.
— Дальше вам придется идти самим, — сказал Фер. — Не знаю, что вам понадобилось в этом лесу, но в любом случае желаю удачи.
— Позаботьтесь, чтобы Сурка похоронили достойно, — попросил Фонарщик, забрасывая биденхандер на плечо.
— Я лично прослежу за этим, — торжественно кивнул рыцарь.
— Ждите нас к концу сентября, — сказала Миралисса.
— Хорошо, треш Миралисса, — подтвердил внебрачный сын Альгерта Далли и, развернув лошадь, направился обратно к замку.
Казалось, за спиной остался целый мир, знакомый и горячо любимый. Впереди меня ждала Заграба. Темная, неприветливая и чужая.
Когда я отвернулся от отъезжающих людей, почти весь наш отряд скрылся в лесу.
