— С чего это ты решил, что этого не было? — Делер растянулся на своем походном одеяле и широко зевнул.
— С того, что это всего лишь легенда. Сказка, в которой нет ни капли правды. Когда в Золотом лесу появились эльфы, никаких разговоров не было. Орки сразу полезли в драку. И уж точно никто друг другу не говорил «друзья».
— Но Элдониэсса был. Он первый и последний Единый Король нашего народа. — Миралисса немножечко остудила воинственный пыл Кли-кли. — Его дети создали Дома эльфов.
— А Аргад жил на восемьсот лет позже и, помнится, едва не дошел до Листвы, вы еле-еле отбросили его армию на самом рубеже Черного леса, — хмыкнул гоблин. — А люди на Сиале появились через тысячу семьсот лет после описываемых событий, так что Элдониэсса, Аргад и человек никак не могли встретиться друг с другом. И эльфы отнюдь не такие идиоты, чтобы делать наконечники для стрел из золота. А орки не дураки ковать ятаганы из бронзы. Это не больше чем легенда, треш Миралисса.
— Но признайся, Кли-кли, красивая, — сказал я.
— Красивая, — благосклонно кивнул маленький шут. — А еще очень поучительная.
— Поучительная? Чему же она учит, гоблин? — Алистан Маркауз поворошил палкой костер.
— Тому, что не стоит полагаться на людей и доверять им, иначе можно потерять свой дом навсегда, — ответил гоблин.
Никто не стал спорить и возражать. На этот раз королевский дурак был абсолютно прав: дай нам волю, и мы перебьем всех врагов, потом друзей, а затем и друг друга.
Ночью ко мне вновь пришли кошмары, и в какой-то момент, когда мешанина снов переполнила голову, я открыл глаза.
Уже наступило утро, но все еще спали, если не считать Фонарщика. Халлас и Делер дрыхли, переложив свои обязанности на плечи безотказного Мумра. Заметив, что я проснулся, воин молча кивнул. Я немного полежал, удивляясь тому, что Миралисса не торопится вставать сама и будить других. Эльфийка решила дать отдых отряду перед последним рывком к Храд Спайну?
Вполне вероятно.
Откуда-то с края поляны доносилось тихое мурлыканье Кли-кли. Гоблин бродил возле самого леса и напевал незатейливую песенку. Выходит, не только мне одному не спится.
— Чего поешь? — спросил я, подойдя к нему. — Сейчас всех перебудишь.
— Я тихонько. Землянички хочешь? — Кли-кли протянул мне шляпу Делера, доверху наполненную отборной земляникой.
— А Делер знает, что ты таким образом используешь его любимую шляпу? — скептически спросил я у гоблина, но предложенную землянику взял. От ягод шел изумительный запах, и я просто не смог устоять.
— Ты думаешь, наш карлик может расстроиться? — задумчиво пожевал губами Кли-кли, бросив быстрый взгляд в сторону спящего Делера.
— Какой ты проницательный, Кли-кли, — хмыкнул я и взял еще горсть земляники.
— Ты опять стонал во сне, Танцующий. Плохие сны?
— Наверное. — Я небрежно пожал плечами. — По счастью, последнее время я их почти не помню.
— Мне это не нравится, — поморщился гоблин. — Кто-то не хочет, чтобы ты их видел.
— И кто же этот кто-то?
— Хозяин, например. Или его служанка — Лафреса.
— Умеешь ты радовать друзей, — сказал я Кли-кли. — Пойдем, разожжем костер, пока все спят.
— Давай, иди. Я сейчас землянику доем и принесу делеровскую шляпу обратно.
— Мм… Кли-кли, ты разве не видишь, что внутри она окрашена соком? Ты же половину земляники подавил!
— М-дя? Об этом я как-то не подумал. — Гоблин задумчиво оглядел дело рук своих. — Просто давленая земляника, по-моему, капельку вкуснее, чем обычная. Может, мне шляпу в ручье постирать?
— Пожалуй, не надо, сделаешь только хуже, — порекомендовал я ему и пошел обратно.
Кли-кли как маленький, будто не знает, что Делер теперь будет орать целый день по поводу безнадежно изгаженной шляпы! Да еще шут про Хозяина с Лафресой так некстати вспомнил.
Хозяин тот еще злыдень, устраивает нам прелестную жизнь с самого начала путешествия, но кто он такой, мы так и не узнали. Сволочь это всесильная и злопамятная и силенками может помериться с кем-нибудь из богов. Но, как видно, просто прихлопнуть нас ладошкой парень не хочет, поэтому изгаляется, как может, а когда мы портим его очередной каверзный план, он нисколечко не расстраивается, а в сжатые сроки придумывает новый, еще «краше» и опаснее. Хозяин, как и Неназываемый, не шибко хочет, чтобы мы добыли Рог Радуги из могильников. И если для Неназываемого это вопрос жизни и смерти, то для Хозяина (как я думаю) — очередной каприз.
Лафреса же является служанкой Хозяина, и хоть она и выглядит двадцатилетней, ей уже несколько сотен лет, по крайней мере, так было в одном моем сне (да, да, представьте себе, в последнее время я обладаю такой нехорошей особенностью, как видение пророческих снов). А еще Лафреса самая сильная на моей памяти шаманка (или шаманша?), намного сильнее Миралиссы. Служанка Хозяина владеет запретной магией — Кронк-а-Мором, с помощью которой она даже умудрилась убить двоих наших, когда мы оставили ее с носом и украли Ключ. И если честно…
— Смотри под ноги, дылда! — рявкнули басом откуда-то снизу.
Я со страху едва не научился летать. Во всяком случае, подпрыгнул знатно.
