Покинув Пограничное королевство, Медок добрался до Ранненга, а оттуда до столицы. Здесь надлежало передать письма, что ему оставил Алистан Маркауз. Когда все дела были сделаны и воин решал, что дальше — дождаться возвращения отряда в Авендуме или сразу отправляться к Одинокому Великану, — Неназываемый вторгся в королевство.
Случай столкнул его с Изми Маркаузом, который помнил желтоволосого воина еще по схватке с огром в королевском дворце. Лейтенант гвардии сразу же предложил Дикому взять под свое командование сотню. Медок поначалу отказывался, говорил, что его место с товарищами, с теми, кто выжил после падения Одинокого Великана, но милорд Изми умел убеждать.
Теперь под командованием Медка находилось шесть десятков отчаянных рубак, набранных в Точеные Луки из всех отрядов, и сорок арбалетчиков из отряда северян Шега. Воин, который раньше не командовал более чем десятком, поначалу испугался, но за неделю общения понял, что разницы между десятком и сотней практически никакой. Отдавай приказы да смотри, чтобы ребята не лезли на рожон, когда не надо.
Теперь его сотне отдали приказ охранять одну из трех пушек, расположенных в Точеных Луках.
— Смотри-ка! Этим счастливчикам повезло, клянусь горном моего деда!
Возглас гнома вывел Медка из задумчивости. Дикий встал, поднял с земли огролом и посмотрел налево. К холму на полном скаку неслась кавалерия. Еще один такой же отряд — линия красно-зеленого — направлялся в сторону левой армии.
— По четыре тысячи в отряде! — сощурив глаза, высказал свое мнение Ротт — командир арбалетчиков сотни Медка. — Похоже, «раки» выставили всю конницу. Левым тяжело придется!
— Поднимай ребят! — отдал приказ Медок, следя за катящимся красно-зеленым валом. — Если споткнутся на холме, попрут на нас.
Вам! — содрогнулись небеса, и Медок от неожиданности втянул голову в плечи.
— Мортира с холма жахнула! — хохотнул Перец, задрав голову к небу.
Медок тоже посмотрел наверх и увидел, как дымная свеча возносится к солнцу, на миг замирает в наивысшей точке, словно бы раздумывая, стоит ли ей падать, и с визгом несется к земле.
Гномы на холме просчитались, кавалерия уже миновала тот участок, где должно было упасть ядро, и мощнейший взрыв лишь взметнул в небо землю. Единственным положительным моментом от этого выстрела было то, что лошади задних рядов, не ожидавшие ничего подобного, перепугались и на некоторое время там воцарился полный хаос.
— Куда палите, мерзавцы?! — заорал Перец, потрясая кулаками, словно его могли услышать. — В молоко лупите, карликово племя! Вы же ее теперь полчаса перезаряжать будете! Косорукие! Кто у них там в расчете?! Жиргзан! Разворачивай орудие! Боги дадут, забубеним кавалерии в левый фланг! Когда нам теперь еще придется пострелять?!
После выстрела мортиры лошадь все еще продолжала нервничать, и Изми Маркауз вновь потрепал ее по шее. Животным не нравился незнакомый шум, но тут уж ничего не поделаешь.
На левом фланге центра все еще было спокойно, резерв не требовался, основная часть битвы была впереди, и воинам королевской гвардии оставалось лишь смотреть, как кавалерия «раков», пришедшая по левой дороге, разделилась на две равные части и, набирая темп, нацелилась на пехоту центра и баталии левой армии.
Бах!
Бах!
За спиной принца бухнуло, и два ядра, просвистев над головами пехоты, понеслись к приближающейся кавалерии. Первое, не причинив противнику никакого вреда, просвистело над всадниками и упало далеко в поле. Второе угодило прямо в несущихся кавалеристов, сшибло несколько человек и взорвалось в центре атакующего порядка.
Даже отсюда были слышны крики людей и ржание раненых и испуганных лошадей. Атакующий строй кавалерии «раков» вновь сломался, и там началось форменное безумие. Всадники едва справлялись со взбесившимися лошадьми, и ни о какой атаке сейчас не могло быть и речи.
— Молодцы, гномы! — крикнул кто-то из стоявших позади пехоты лучников.
Принц обернулся. Стрелки, находящиеся от них всего-то в десяти ярдах, времени зря не теряли. Каждый принес на холм две длинные заостренные жердины. Теперь вокруг лучников возвышался целый лес. Прежде чем добраться до облаченных в легкую броню Играющих, врагу понадобится пробраться через эту преграду. Под стрелами. Ну а если все же угораздит добраться, то воины повесят луки на плечо и возьмутся за мечи.
Бух!
Сталкон подумал, что ослышался, но это действительно выстрелила пушка. Левый фланг неприятельской кавалерии вздыбился, во все стороны полетели ошметки человеческих и лошадиных тел.
— Это из Точеных Лук пальнули, милорд! — обратился к принцу его оруженосец.
— Вижу. Гномам тоже не терпится повоевать.
Тем временем в рядах кавалерии сложилось некое подобие порядка, и «раки» под улюлюканье стоявших на холме отступили в глубь Поля Фей. Принц рассчитывал, что враг оправится от пережитого не раньше чем через пятнадцать минут. Именно столько времени гномам требовалось, чтобы остудить и перезарядить орудие.
Загудел рог, и сотники отдали приказ:
— Алебардисты! В четвертую шеренгу!
— В четвертую шеренгу! Поменяться с пикинерами!
