Последние слова гоблин произнес с обидой. Ну как же! Кому-то было абсолютно плевать на его шалости! Такого плевка на собственный профессионализм Кли-кли просто не мог перенести. Но я никак не отреагировал на обиду шута, все мое внимание захватило наблюдение за выверенными, точными движениями Дикого. Они завораживали. Это был красивый и смертоносный танец: «брат» и «сестра» в руках гарракца — а это был именно уроженец Гаррака, их всегда можно узнать по смуглой коже и иссиня-черным волосам — танцевали в безумном серебристом вихре смерти. Угорь перетекал из одной позиции в другую, стойки ежесекундно менялись, клинки рассекали полуденный воздух с ужасающей быстротой, «сестра» колола настолько стремительно, что мой взгляд мог уловить только размытый блеск серебристой молнии. Удар, еще удар, укол, резкий уход влево, «брат» падает вниз, на голову невидимого противника, разворот вокруг своей оси, рука Угря вытягивается на неестественную длину, становясь продолжением «сестры», чтобы достать до живота нового врага. Дикий делает отступ назад, прикрывшись «братом» от предполагаемого рубящего удара справа, и тут же из защиты бьет сразу двумя клинками. «Сестра» хищным уколом поражает голову предполагаемого противника, а «брат» наносит страшный удар снизу, под щит.
— Красиво! — восхищенно присвистнул шут.
Я был с ним полностью согласен. Несмотря на раскаленное солнце и жару, Угорь продолжал тренироваться и делал это потрясающе. Он был жилистым, подвижным, с красивым породистым лицом и тонкой бородкой.
— Гаррет, отвлекись на минуту от парня, думаю, за время вашего путешествия ты еще сто раз успеешь насмотреться на то, как он машет железяками. Лучше глянь вон на того, смешного.
Ничего смешного в указанном шутом воине я не нашел. Он чем-то напоминал Кота, правда, был не таким упитанным. Ничем не примечательное лицо с тонкими губами и бровями домиком, бледные голубые глаза и ленивый взгляд, на миг остановившийся на мне и Кли-кли.
— И что смешного ты в нем нашел? — спросил я у шута, который вновь приобрел интерес к огрызку многострадальной морковки.
— Да не в человеке, дубина! — раздраженно всплеснул руками шут, огорчаясь моему тугодумству. — Кстати, его зовут Сурок. Я про зверушку у него на плече.
Только тут я обратил внимание на то, что ранее принял за безвкусное украшение в виде серого меха на левом плече воина. Это оказался лохматый зверек. Он тихонько дремал и поэтому оставался неподвижен, что и заставило меня подумать, что это своеобразная дань моде.
— Что это? — Я с любопытством посмотрел на шута.
— Линг. Из Безлюдных земель. Ручной. Я его пару раз пробовал кормить морковкой. Он меня даже умудрился цапнуть, — с нескрываемой гордостью произнес гоблин и в подтверждение того, что не врет, сунул мне под нос прокушенный палец.
— Не повезло, — посочувствовал я.
— Еще как повезло, — не согласился со мной Кли-кли. — Если бы Сурок застал меня в тот момент, когда я скармливал его зверушке подгнившую морковку, он бы меня по головке не погладил. Честное слово, прибил бы!
Тут я все же не удержался и рассмеялся.
— Теперь я понимаю, Кли-кли, почему ты решил не ехать со мной! Чуть ли не каждый из будущих путешественников точит на тебя зуб. Они тебя выбросят в первую же придорожную канаву!
— Ничего подобного! — запротестовал гоблин и шмыгнул носом. — Это все Арцивус и Алистан. Это они меня не хотят отпускать!
Кли-кли расстроенно погрозил кулаком в небо.
— Эй, Сурок, у тебя случайно нет желания пройтись до кухни? — спросил у разлегшегося на травке приятеля до этого молчавший Дикий.
Судя по кольчуге и отсутствию волос на голове, воин был родом из Пограничного королевства. Только они готовы напялить на себя железо даже на таком солнцепеке. Пограничник прекратил точить меч и теперь искал, чем бы заняться.
— Это еще зачем? Чего я не видел на кухне? — с ленцой в голосе спросил Сурок.
— Покормишь Непобедимого, а то он у тебя так с голодухи помрет. Все спит и спит.
— Жарко, вот и спит, а на кухню пошли сходим, знаю я, чего тебе там понадобилось.
— Да все знают, — откликнулся Кот, приподнимаясь с травы. — Кухарки там ох какие аппетитные!
Медок и Дядька весело рассмеялись. К смеху присоединился и сам инициатор прогулки.
— Ну, идем, что ли? — спросил Пограничник.
— Это — Арнх, — представил мне человека Кли-кли. — По-орочьи — Шрам.
— Он вроде не похож на орка.
— Он человек, дубина! Это просто прозвище.
Лоб Арнха пересекала тонкая белая нитка шрама.
— Слушай, Кли-кли, — не утерпел я. — Меня сюда лейтенант привел и велел ждать, когда за мной придут. Сколько ждать-то? Я сейчас от жары расплавлюсь!
— Так я за тобой и пришел, — хихикнул шут.
— Тогда чего еще мы дожидаемся?
— Ты погоди, Гаррет, куда спешить? Король отчитывает своих подданных, они молча бледнеют и потеют. Так чего тебе там делать? Вон смотри, я тебе про последнего Дикого не рассказал.
