— Прекрати считать себя самой умной. Будь проще, люди к тебе потянутся. Наклони–ка голову, промоем волосы, — резко обратилась она к Нессе, продолжая ссору с Нонной: — Или ты завидуешь, что… кстати, как тебя зовут?
Нонна закатила глаза и цокнула языком.
— Санитарка года, мыться притащила, а имя не спросила.
— Эрнестина, — ответила Несса, намыливая голову. Пенилось плохо, волосы были сальными и покрытыми какой–то пылью.
— Аглая — старшая санитарка, — решила вдруг представиться Аглая, хотя Несса уже знала имя, — а эта выскочка — Нонна.
— Это с каких это пор ты стала старшей? — усмехнулась Нонна, намыливая поставленную на лавку ногу.
— С тех пор как мне доверили особо сложного пациента, — Аглая села на лавку и принялась распускать волосы. Занятая разговором, она так и не начала мыться.
— Ну–ну, — хмыкнула из своего угла Нонна.
Несмотря на явное соперничество между двумя санитарками, Нонна Нессе понравилась. Когда она потянулась за ковшиком, санитарка опередила ее.
— Нет, стой, тебе нельзя еще поднимать тяжести. Да, даже ковшик… Сядь на лавку, наклони голову, волосы вниз.
Она осторожно поливала голову водой из ковшика, помогая Нессе смыть пену. Аглая с кривой усмешкой наблюдала за этим.
— Выслуживается, — шепнула она Нессе, кивнув на Нонну, когда они закончили мытье и вышли из парной. Четверо девушек с хихиканьем тут же впорхнули внутрь.
— Ты слишком предвзято относишься, — пожала Несса плечами. Нонна вышла из парной раньше них, уже завязала медсестринский фартук и сидела расчесывала волосы гребнем.
Несса подавила вздох. Где сейчас ее гребень? Подарок отца на пятнадцатилетие. Из темно–красного дерева с резьбой. Отец выкупил его у племени во время своего трёхлетнего путешествия по Горячему континенту.
Из-за двери парной послышался визг и дружный хохот. Вздрогнув, Несса вынырнула из воспоминаний, в которые начала погружаться слишком часто.
— Эй, а ну потише! Разбушевались там! — крикнула Аглая. Она явно пыталась быть старшей, в борьбе используя своё основное оружие — громкий голос. Но шум возле парной на какое–то время стих.
— То, что тебе доверили особо сложного пациента, еще не делает тебя главной, — отозвалась из–за угла Нонна.
Платье Нессе было велико, пришлось даже рукава закатать. А сорочка пришлась в пору. Аглая сменила только сорочку, а платье и фартук остались теми же.
— Давай сюда, — она выхватила у Нессы из рук больничную робу. — До ужина время есть, так что успею застирать.
Аглая собрала сорочки со всех лавок и прошествовала к двери.
— Счастливо оставаться, — кинула она заплетающей косу Нонне. Та усмехнулась:
— Старшая, а исподнее за всеми стираешь.
— Ты, что ли, белоручка, стирать будешь? — огрызнулась Аглая, толкая ногой вторую дверь. Несса последовала за ней, девушки вышли на бывший внутренний двор. Видимо раньше здесь действительно был какой–то небольшой завод, от которого преимущественно остались одни руины. Между развалин были расставлены полевые палатки с вертикальными стенками и четырехскатной крышей.
Несса посмотрела на небо. Оно было плотно затянуто облаками. Девушка вздохнула. В поселении, где жила её тетушка, пасмурные дни не держались дольше недели.
— Давно солнца не видели, как лагерь разбили, то облака, то туман стеной, — отозвалась Аглая и закинула вещи в корыто, стоявшее на столе и взялась за ручку ведра.
— Посиди тут, воды принесу, — она указала на перевернутую бочку рядом со столом недалеко от двери, через которую они вышли. Несса послушно села, ощущая себя не в своей тарелке.
Рядом с уцелевшей стеной здания стояла широкая палатка с тамбуром и трубой, торчащей из крыши. Две соседние, побольше, стояли выходами перпендикулярно первой. Напротив ещё две палатки. На образовавшейся свободной площадке вкопали столбы и натянули между ними веревки для сушки белья. На этой же площадке носились дети. Создавалось ощущение, что лагерь стоит на месте уже несколько лет, а не две недели.
За спиной послышался хохот. Несса обернулась. За стеной была комната для переодеваний и парная, догадалась она. Часть двухэтажного здания была разрушена наискосок, как будто срезали масло ножом. Справа было ещё одно уцелевшее кирпичное здание в два этажа. Окна были заклеены изнутри бумажными листами. Оно явно обитаемо.
Из–за угла из щербатого кирпича появился Дэниел, его торопливо нагнал крепкий мужчина с чёрной бородой и остановил его. Они о чем–то говорили, мужчина эмоционально размахивал руками и указывал в сторону леса, который виднелся в узких проемах за постройками и палатками. Несса нахмурилась, что там, в лесу? Что за существо гналось за ней, вынуждая все тело покрываться ледяными мурашками? Почему оно не напало на графа Дэниела Воронежского? И отчего его лицо было ей таким знакомым? Дело не только в огромном тираже объявлений, она видела его где–то еще…
Аглая неожиданно резко материализовалась перед вздрогнувшей Нессой, загородив обзор. Она с усилием поставила ведро с тёплой водой на высокий стол и, отдуваясь, проговорила:
— На Дэниела смотришь? Забудь и даже не мечтай, у него невеста осталась там. Так что без шансов. Ни единого!