— Он просил разыскать и найти девушку, по описанию очень похожую на тебя. Писал, что она заигралась в шпионские игры и её ждут дома. Очень просил посодействовать. А следом я получил новость, что в наш лагерь отправляется Баронесса. Её очень заинтересовала история о единственной выжившей, она жаждала с тобой поговорить. Ты могла очнуться в любой момент. Я не мог допустить, чтобы Баронесса вызвала тебя на допрос. Тогда не сносить головы ни тебе, ни мне. Мне пришлось пойти на хитрость и напоить тебя снотворным. Но находиться в Соснопене тебе по-прежнему опасно.
— Ты отправишь меня домой?
Дэниел покачал головой:
— Всë несколько сложнее, чем ты думаешь. Ситуация меняется каждый час и… Я зайду после обеда, нужно тебе кое–что показать.
Несса кивнула, стараясь не смотреть на графа. Как только за мужчиной закрылась дверь, девушка со стоном опустила лоб на столешницу.
Нужно вернуться. Отец не просто поднял всех на уши, он нашёл способ связаться с мятежниками, рискнул всем, чтобы вернуть дочь. Она не только провалила миссию, но и серьёзно подставила отца.
— Идем, мне нужно тебе кое–что показать.
Несса ухватилась за его протянутую руку и поднялась со стула.
Граф вывел её из пристройки и спустился с крыльца. Девушка закусила губу и перевела взгляд от спины Вронежского на свою ладонь в плену его пальцев. Он подал ей руку. Он держит её за руку. Разве… это дозволено этикетом? Лоб девушки сморщился. Или же… он настолько привык к жизни среди обычных людей, что подобное стало для него нормальным?
Пока мозг Нессы судорожно пытался вспомнить, насколько обыденным классифицируется держание за руку у обычных людей, граф вывел девушку из пристройки и обогнул здание, направляясь к лесу. В кустах неподалеку под брезентовым навесом стояли старые мотоциклетки.
Несса замерла, глядя на них. Во время своих исключительных прогулок по лагерю она не приближалась к лесу и не подозревала о существовании транспорта. Девушка кинула взгляд на Вронежского. Она могла бы сбежать. Завести одну из мотоциклеток и двинуться дальше на запад. Добраться до Мракограда. Найти Баронессу. Выполнить миссию. Отец гордился бы ею. Она… не безнадежна. Даже без силы она способна на… кое–что.
Дэниел протянул девушке шлем с нарисованной на затылке спиралью. Несса надела его, стараясь не касаться спирали пальцами, и села в лодочку мотоциклетки. Если бы она знала о мотоциклетках раньше…
Дэниел завел двигатель, с глухим тарахтением мотоциклетка вырулила из–под навеса. Они быстро углублялись в бескрайний лес, справа Несса заметила ровное полотно дороги, но Дэниел лавировал между сосен.
Девушка успела задремать под мерное тарахтение двигателя мотоциклетки, которое внезапно стихло. Сладкая дрёма прервалась, Несса проснулась и огляделась.
Они выехали на опушку, по которой проходила граница Соснопеня. В лёгкой туманной дымке Несса увидела покосившийся плетень, старые прогнившие пограничные столбы среди кустов. И то, что она увидела в трёх метрах за ними, заставило её замереть. За линией границы была сооружена огромная пятиметровая баррикада из земли, мусора, поваленных деревьев. Заслон щетинился заточенными кольями и обломками металлических конструкций. Между кольев были вкопаны белые камни, выложенные спиралью. Где–то на вершине баррикадной стены угадывались силуэты людей. Они продолжали возведение и укрепления барьера.
В животе Несса почувствовала холодок. Это западня. Пути назад нет.
— Понимаешь, почему я не могу отправить тебя домой?
— Даже если я смогу вскарабкаться на стену, меня…не пропустят, — Несса стянула с головы шлем.
Дэниел хмыкнул, услышав выбранную ею формулировку. Несса обвела взглядом барьер, не найдя ни где он начинается, ни где заканчивается. Как им удалось так быстро воздвигнуть такую стену, почему этого не заметили в лагере?
— Теперь не мы спасаемся от них, а они закрылись от нас. Пути назад нет, — Дэниел вздохнул. — Когда два дня назад иссяк и без того редкий поток беженцев, мы не сразу поняли, что происходит. Мы по негласному правилу не приближались к границе, опасаясь попасть под обстрел и держались в глубине леса. Беженцы самостоятельно по одному или небольшими группами перебирались через границу и собирались на опушках, где мы их и подбирали. Многих отпугнули эти твари и они решили остаться на недружественных землях. Именно беженцы начали создавать баррикаду, следом к ним присоединились местные жители, страдающие от нападения тварей. Они примерно за четыре дня соорудили стену от Восточных гор до Южного побережья, полностью отгородившись от Соснопеня. Народ напуган, и этот испуг объединил их.
— Неужели баррикада спасает от тварей? — Несса вспомнила, как при их появлении в плотном тумане растворилась стена пристройки. Тварей не сдержит ни одна самая прочная стена, ни один самый высокий барьер.
— Мы сами в это не верили. Но насыпь высотой пять метров и шириной в три метра оказалась надёжной преградой. По крайней мере пока.