— Я не знаю. Когда я нашёл тебя на рельсе старой восточной дороги, ты была без сознания. Серьёзных повреждений не было, кроме синяков и ссадин, но привести тебя в чувство не удавалось. Я ощущал присутствие одного из них, эта тварь была где-то рядом, но не пыталась напасть. Мне показалось это странным, обычно они не упускают добычу и даже амулеты не являются для них большой помехой, если они голодны. В тебе есть что-то, что притягивает их. Кто–то из беженцев рассказывал, что не всех они пожирают, некоторых они обращают в себе подобных. Теперь мне кажется, что это правда. Ты привлекла их, и они хотят обратить тебя. И теперь не успокоятся, пока не достанут. В этот раз они ушли и никого не тронули, но я не могу гарантировать, что в следующий раз не будет жертв. Они подошли слишком близко к лагерю, ближе, чем когда либо ранее. Твоё присутствие представляет опасность для всех. Именно поэтому тебе лучше вернуться.
— Почему ты скрыл, что нашёл меня у Восточной дороги? — Несса неожиданно вспомнила подслушанный разговор у её кровати, а ещё слова Аглаи. Никто не знал правды, все думали, что она одна из чудесно спасенных.
Дэниел ответил после небольшой заминки:
— У Баронессы есть сестра, обладающая даром предвидения. Не могу сказать, что очень сильная, но своим предсказанием она однажды спасла жизнь Баронессе. Когда хлынули потоки беженцев, сестре Баронессы было видение: Баронесса умрёт от руки той, что пришла с востока, — Дэниел замолчал, обдумывая, стоит ли озвучивать свои подозрения Нессе. С другой стороны, с ней очень сдружилась Аглая… — В тот же день на восточных границах появились странные бестелесные существа, мы их называем тварями. Видение, а после — появление тварей… Странное совпадение, как считаешь? Всем спасательным пунктам спешно пришлось сместиться южнее и севернее, погибло огромное количество высококлассных специалистов и беженцев. Те, кому не повезло оказаться рядом с эпицентрами появления тварей у Восточной границы, были сожраны.
— Но что ты тогда делал возле Восточной границы?
— Нам было приказано истреблять всех, кто приходит с востока, — Дэниел проигнорировал испуганный вздох Нессы. — Отряды с северной и южной части по очереди прочёсывали лес возле Восточной границы в промежутки, когда твари менее активны. Всех жертв списывали на убийство тварями. Мы сами распространяли слухи, что переходить через Восточную границу небезопасно.
— Мне показалось ты… был один… — нерешительно вставила Несса. Ей с трудом удалось подавить охвативший и сковавший тело ужас. Не мог один человек одновременно хладнокровно уничтожать людей и руководить лагерем, спасая их.
Дэниел кивнул.
— Я был один. В тот день половина отряда отдыхала, вторая занималась нашей текущей работой: сопровождением беженцев. Лес прочёсывать должен был отряд с севера, но они сообщили, что у них аномальная активность тварей возле лагеря и отряд выйти не может. А меня тянуло в лес на восток. Я не находил себе места, в конце концов сел в мотоциклетку и уехал. Далее пересел на дрезину и покатился по остаткам железнодорожного полотна. А дальше ты знаешь.
— Почему не убил, так же как всех? — Несса должна была знать ответ. Она не верила, что граф способен на убийство. На предательство — да, но убийство… Аристократы не убивают сами, они плетут интриги, строят козни.
Дэниел посмотрел на неё. Несса поспешно отвела взгляд, чувствуя, что утопает в его зрачках как в прозрачном озере без дна.
— Не смог. Что-то говорило мне, что ты не опасна. Я спрятал тебя к западу от лагеря за оврагом, туда никто не ходит. У тебя была горячка. Я начал опасаться, вдруг ты заразна и тянул время. Но твари словно взбесились, они напали на группу беженцев и поисковый отряд. Даже обереги не остановили их. Все беженцы погибли, часть наших ребят сильно пострадала. Многие до сих пор в госпитале.
— Группа А107, — догадалась Несса, подняв глаза. Взгляд её нашёл зрачки в окружении ледяной радужки.
Дэниел кивнул и потёр висок. Девушка вздохнула, разорвав зрительный контакт.
— Мы спасли в общей сложности семь тысяч человек. Дважды в день выходили и прочёсывали лес. Находили людей, сопровождали их в лагерь, оказывали помощь. Эта группа была сто седьмой на подконтрольной нам границе и одновременно самой многочисленной на моей памяти. Из перешедших границу не выжил никто. Кроме тебя. Остальные шестьдесят человек погибли.
Дэниел отмахнулся от негласных протестов Нессы, едва заметно покачав пальцем. Замолчал, выждал какое-то время, и тихо продолжил:
— А потом я получил весточку от Корнелиуса Ланца, моего первого наставника и учителя.
Несса постаралась сохранить бесстрастное выражение лица. Откуда он знает её отца? Как с ним связан? Как удалось связаться? Если отец знает, что она здесь… Он был против. С самого начала против этой затеи.
Граф тем временем продолжал: