— По двум причинам. Во-первых, этот комплекс был построен с активным участием делегации Экзархата пять лет назад — дипломатический жест доброй воли. Во-вторых, наши агенты перехватили зашифрованные сообщения между институтом и секретными объектами "Тёмного Пакта".
Норин выступил вперёд:
— Есть и третья причина. За последний месяц вокруг института произошло несколько необъяснимых случаев массовой истерии, головных болей, галлюцинаций. Типичные побочные эффекты от неактивного резонатора.
— Наша задача, — продолжила Тесса, — проникнуть в институт под прикрытием, обнаружить резонатор и деактивировать его. Зейлор, ты единственный, кто может почувствовать его точное местоположение и нейтрализовать.
— А что насчёт этого "особенного", что готовит "Тёмный Пакт"? — поинтересовался Зейлор.
Тесса помрачнела:
— Разведданные неточные, но наши аналитики предполагают, что Экзархат разрабатывает альтернативный метод активации резонаторов. Что-то, не требующее настоящего псионика.
— Это невозможно, — покачал головой Зейлор. — Я видел схемы. Резонаторы настроены на уникальную частоту моего мозга.
— Если мы чему-то и научились, так это тому, что слово "невозможно" лишь временная преграда для мотивированных фанатиков, — мрачно заметил Норин.
Остаток полёта Зейлор провёл, изучая планы Института Квантовой Физики и медитируя, чтобы восстановить псионический резерв. Тесса периодически проверяла его состояние, помогая контролировать энергетические потоки.
— Ты быстро учишься, — заметила она, когда Зейлор продемонстрировал новую технику фокусировки энергии. — Большинству псионик-имитаторов требуются годы для подобного контроля.
— Псионик-имитаторов? — переспросил Зейлор.
— Да. В Союзе есть программа по развитию искусственных псионических способностей. Технические усилители, нейростимуляторы, фармацевтические катализаторы. Ничто не сравнится с врождённым талантом, но позволяет имитировать некоторые базовые аспекты.
Зейлор нахмурился:
— Вы создаёте искусственных псиоников? Чем это отличается от того, что делал Экзархат?
— Этикой и добровольностью, — ответила Тесса. — Наша программа открыта, научна, без принуждения. Только совершеннолетние добровольцы, полная психологическая поддержка, право на отказ в любой момент.
— И ты… одна из них? — догадался Зейлор.
Тесса кивнула:
— Псионик-имитатор третьего ранга. Могу создавать слабые телекинетические поля, улавливать эмоциональный фон, формировать простые энергетические конструкты. С помощью усилителей, конечно.
— Поэтому тебя назначили моим куратором.
— Частично. Я также имею опыт работы с беглецами из "Тёмного Пакта". И, кроме того, — она улыбнулась, — у меня репутация человека, способного справляться с непредсказуемыми ситуациями.
Объявление пилота прервало их разговор:
— Выход из гиперпространства через три минуты. Всем занять места для атмосферного входа.
Зейлор пристегнулся к креслу, чувствуя, как нарастает напряжение. Его первая официальная миссия в качестве союзника "Стальной Галактики" — нечто принципиально новое по сравнению с жизнью оружия в руках Экзархата.
"Серебряный Клинок" вышел из гиперпространства в системе Эридан. Перед ними раскинулась впечатляющая картина: зелёно-голубая планета, окружённая кольцом орбитальных станций, соединённых гравитационными лифтами. Три луны служили естественными оборонительными платформами, покрытыми турелями и радарными комплексами.
— Красиво, — выдохнул Зейлор.
— И опасно, — добавила Тесса. — Система обороны Эридана — одна из самых мощных в галактике. Даже "Тёмный Пакт" дважды подумает перед прямой атакой.
Они прошли орбитальный контроль, предоставив дипломатические коды СЗР, и направились к космопорту Новус-Прайма. По мере приближения к поверхности перед ними открывался величественный городской пейзаж: небоскрёбы, уходящие за облака, парящие платформы, транспортные артерии, пронизывающие мегаполис световыми трассами.
Институт Квантовой Физики возвышался в центре города — комплекс из пяти сверкающих башен, соединённых подвесными мостами. Вершины башен терялись среди облаков, подчёркивая грандиозный масштаб сооружения.
Их корабль приземлился на специальной дипломатической площадке. Встречающая делегация состояла из представителей Федерации Вольных Технологий — людей в строгих белых костюмах с голографическими интерфейсами, парящими вокруг.
— Приветствуем представителей Союза Звёздного Равновесия, — выступил вперёд высокий мужчина с имплантами на висках. — Я профессор Адриан Рейн, директор Института Квантовой Физики. Нам… оказана честь принимать единственного псионика галактики.
Зейлор отметил странную паузу в его речи и нервное подёргивание глаза. Что-то было не так.
— Мы благодарны за тёплый приём, — дипломатично ответила Тесса. — Как вы знаете, мы прибыли с инспекцией в рамках общегалактической проверки после раскрытия проекта "Прометей".
— Конечно, конечно, — закивал профессор. — Мы полностью сотрудничаем. Следуйте за мной, я проведу вас в центральную лабораторию.