– Я тебе сейчас расскажу, что не так с моим лицом. Когда я пришел в чертов Хикон, на меня практически сразу напали. Наемники. Восемь. Я подумал, что они хотят меня ограбить и убил шестерых из них, прежде чем меня усыпили пропитанным снотворным дротиком. Очнувшись, я оказался в подземелье, где неким Кульвертом Прантоном, жирным визгливым торгашом, была организована подпольная арена. Меня и других пленников сначала вынудили драться на ней друг с другом, а когда я перебил всех противников, на меня спустили обезумивших от запаха крови волков. Думаю, ты уже понял, что их я тоже разделал. Не сказать, что это было легко, на это как раз и указывает моя рожа, о который ты так беспокоишься, но все же я выжил. А потом сбежал. Но все это лишь предисловие. Знаешь, что самое интересное? Когда я сидел в камере подземелья, мне удалось выяснить, что доходы от кровавого бизнеса оседают в карманах ни кого иного, как маркиза Малли фон Кройса. И угадай, Конрат, кого я в итоге встретил в «Арлекине»?
Физиономия Конрата выглядела удивленной, а Зоран продолжал:
– Знаешь, тот факт, что Малли фон Кройс с момента моего плена является мне врагом – это лишь полбеды, а точнее вовсе не беда, а моя личная проблема. Ты не мог предвидеть того, что произойдет со мной. Меня интересует другое. Какого черта ты вообще сошелся с этим холеным мерзавцем, с этим ублюдком, устраивающим бойни прямо в центре столицы? Что вообще может вас связывать? Мы убиваем таких, как Малли! А не сражаемся на их стороне! Мы принимаем заказы на них! Но не от них! Препятствуем тому, что они безнаказанно творят! Таковы принципы нашего ордена, какими бы они не были сомнительными! Так скажи мне, какого черта ты связался с Малли? Кого ты убил для него? И что это за шпионские игры с письмами?
Конрат был явно поражен услышанным. Обдумав то, что сказал ему Зоран, он выдохнул и произнес:
– Все немного сложней, чем ты можешь себе представить, мой брат. Я огорчен случившимся с тобой и постараюсь не оставить это без внимания. Контрактов от Малли ни у меня, ни у кого-то еще из Ордена не было. И меня с ним ничего не связывает, хоть именно он и должен был получить письмо. Остального я тебе объяснить пока не могу, потому что позже, в ближайшие дни, я объяснюсь сразу перед всем Орденом. А теперь я бы хотел побыть один. Оставишь меня?
Зоран ничего не понимал и хотел получить ответы немедленно. Но раз Конрат дал понять, что объяснится в ближайшие дни, продолжать расспрашивать его в те минуты смысла не имело.
– Оставлю. Но в следующий раз ты не уйдешь от ответов.
Зоран как всегда безуспешно пытался уснуть. Он переворачивался с одного бока на другой, менял положение рук и ног, но все было бесполезно. Удобная поза на кровати могла расслабить лишь тело Зорана, но мозг его постоянно был занят самыми разными мыслями. К стандартным темам для размышления, вроде несостоявшихся отношений с Аделой Морелли и неправильности своего жизненного пути, прибавились еще две: спасение загадочными Давеном и Лауром, а также связь Конрата с маркизом, за версту пахнущая нарушением незыблемых принципов Ордена.
