черным. Наконец, в 9 часов 45 минут императрица вздохнула в последний раз и отошла.
Рыдания огласили комнату.
Екатерина Великая скончалась, имея от роду шестьдесят семь лет, шесть месяцев и
пятнадцать дней.
5
Как ни странно, но время смерти Екатерины указывается в различных источниках
по-разному. Ростопчин говорит, что императрица скончалась, когда наступила первая
четверть одиннадцатого, в камер-фурьерском журнале называется три четверти десятого.
Иоанн Масон, преподававший математику великим князьям, называет другое время. Он,
кстати, сообщает одну подробность кончины Екатерины, которой нет в других
воспоминаниях современников: «Около десяти часов она, казалось, пришла в сознание и
275 Существует несколько версий уничтожения подготовленного Екатериной проекта манифеста о передаче
престола Александру. Среди тех, кто мог передать эти бумаги Павлу, в обширной мемуарной литературе
екатерининского и павловского времени называются, кроме Безбородко, имена Платона Зубова, Н.И.
Салтыкова и даже самого Александра (последнего – на основании позднейшего свидетельства Ростопчина).
В частности Я. Санглен (Jacob Saint-Glin), французский эмигрант, шеф секретной полиции при
Александре , утверждал, что Зубов лично передал Павлу четыре пакета, в которых находились
неподписанный проект отречения великого князя от престола, указ Екатерины о его ссылке после отречения
в замок Лоде, акт передачи Безбородка имений, принадлежавших Г.Г. Орлову (кроме Гатчины) и, наконец,
завещание Екатерины в пользу Александра.
Вполне очевидно, что каждый из упомянутых деятелей — а все они были щедро награждены после
его воцарения — имел какие-то основания рассчитывать на признательность Павла. Более того, для всех
этих лиц выдача завещания Екатерины после постигшего ее удара была вопросом самосохранения. Таким
образом, можно предположить, что все они в определенной мере содействовали срыву планов императрицы,
во всяком случае, сообщили их детали Павлу.
Что же касается обнаружения и уничтожения самих документов, то в этом деле главную роль (с
учетом известного свидетельства Г. Р. Державина), похоже, сыграл Безбородко.
начала страшно хрипеть, пытаясь что-то сказать. Наконец, Екатерина издала жалобный
крик, который было слышно во всех соседних комнатах, и испустила последний вздох».
6
Первые поздравления с восшествием на престол Павел принял прямо у смертного
одра. Склонившись перед мужем в поклоне, Мария Федоровна почтительно поцеловала
его руку. Павел обнял ее. Подходя к отцу, великие князья преклонили колена.
Одна Елизавета Алексеевна, когда пришел ее черед, казалось, не знала, что ей
делать.
— Встаньте же на колени, непременно встаньте на колени, — прошептал ей на ухо
Александр.
Великая княгиня начала было опускаться на одно колено, но была поднята Павлом,
который взял ее за плечи и троекратно облобызал. Лицо его имело выражение
растроганное.
Остерман, Безбородко, Самойлов и другие подворные, присутствовавшие при
кончине, принесли присягу по всей форме.
Тем временем Мария Федоровна приняла на себя заботу о покойной государыне. По
ее распоряжению тело было перенесено на кровать, поставленную посреди спальни.
Предварительно его обмыли в той же комнате за ширмой, облачили в шелковый шлафрок.
Священники начали чтение Евангелия.
Почетная миссия возвестить начало нового царствования выпала на долю
Салтыкова. Выйдя из опочивальни, он торжественно объявил:
— Императрица Екатерина скончалась. Государь Павел Петрович изволил взойти
на престол.
Собравшиеся в приемных залах придворные принялись поздравлять Самойлова и
друг друга с новым императором. Многие плакали, но еще более было лиц, освещенных
смутной надеждой и даже радостным ожиданием. «Казалось, все были в положении
путешественника, сбившегося с дороги, но всякий надеялся попасть на нее скоро. Любя
перемену, думали найти в ней выгоду. Всякий, закрыв глаза и уши, пускался без души
разыгрывать лотерею безумного счастья», — исповедывался Ростопчин.
В четверть двенадцатого обер-церемониймейстер доложил, что в придворной
церкви все готово к присяге. В храме, освещенном сотнями свечей, Павла с семьей
встретило стройное пение. «Днесь благодать Святаго Духа нас собра», — со строгим
вдохновением выводили с хоров придворные певчие.
К присяге первой приступила Мария Федоровна. Поцеловав крест и Евангелие, она
прошла на императорское место, нежно облобызав супруга в уста и очи. За ней
последовали Александр и Константин, великие княжны, вереница высших
государственных чинов.
Протодьякону, густым басом возгласившему ектенью, в которой Павел в первый раз
именовался императором, была пожалована тысяча рублей.
В ту же ночь в Петербурге присягнули все расквартированные в столице
гвардейские и армейские полки.
С присягой из-за спешки и ночного времени вышло, однако, много бестолковщины.
