Его намерение могло быть понято как попытка стеснить великую княжну, его будущую
супругу, (в вопросе, касающемся ее совести - дописано под строкой).
После таких заверений и объяснений Ее императорское величество должна была
поверить, что все препятствия в вопросе о религии были сняты. Вследствие этого Она
приказала своим министрам подготовить в письменном виде все артикулы и статьи
союзного трактата, который должен был быть заключен, а также статьи брачного
договора, и передать их министрам Его величества короля Швеции, что и произошло на
частной конференции, состоявшейся 9 (20) числа этого месяца. Шведские министры
после некоторых возражений о ненужности статьи, касающейся отправления религии
Ее императорского высочества великой княжны, поскольку король уже дал сам слово
императрице, а затем, потребовав исправления некоторых формулировок относительно
религии великой княжны, приняли этот артикул для того, чтобы передать его на
рассмотрение королю. Одновременно они потребовали созвать через день в то же время
генеральную конференцию для рассмотрения всех статей, которые должны были
составить оба договора.
На этой конференции, состоявшейся 11 (22) сентября, артикул о религии великой
княжны (далее две с половиной страницы основного текста зачеркнуты. Приводим их
полностью: был обсужден и, казалось, полностью согласован. При закрытии
конференции сложилось впечатление о достигнутом полном и единодушном согласии.
Когда министры еще не разошлись, двое из них, князь Зубов и барон Штединг провели
партикулярную беседу, в ходе которой последний дал понять, что король, его
повелитель, возможно, даст письменное согласие на артикул, касающийся религии, в
том виде, в котором он был предложен русской стороной. В тот же день вследствие
убежденности Ее императорского величества, что все урегулировано и согласовано,
было назначено обручение Его величества короля Швеции с Ее императорским
высочеством, великой княжной, на котором должны была присутствовать с одной
стороны вся императорская фамилия, министры Ее императорского величества, а
также дядя короля и шведские министры. Обручение должно было завершиться
балом, на который были приглашены самые заслуженные придворные Ее
императорского величества и свита короля. Таковы были обстоятельства, в которых
князь Зубов сообщил императрице о декларации посла и полномочного министра на
переговорах, приведенной выше. Несмотря на то, что дело зашло далеко, Ее
императорское величество, учитывая серьезность и важность вопроса, не сочла
