Четыре яркие точки разошлись на расстояние в пять сотен километров друг от друга, что сделало их более трудными целями, решись Хомский открыть огонь, к тому же шли они с большим ускорением, чем фрегат чужаков. Лишенные лучевого оружия и кроме точечных пушек оснащенные всего парой торпедных труб, одной точечной пушкой и рельсотроном на каждого с ограниченным боезапасом, они были заметно легче и с относительно большим запасом топлива. Хомский имел самые общие представления о корветах землян, а сейчас его знания устарели на двадцать лет, так что на всякий случай он приготовился к неприятным сюрпризам. Чтобы развивать такое ускорение, они наверняка отключили гравитационные демпферы и всеми командами залегли в противоперегрузочные ложементы. А у фрегата, до переделки носившего ядро ИИ, к перегрузкам безразличное чуть больше, чем полностью, внутреннее устройство оказалось попроще. И теперь перехватчики медленно, но уверенно нагоняли, заходя с четырех сторон.
Басов качнул фрегат, пробуя, как тот слушается управления. Корабль держал траекторию отлично, скорость набирал ровно, а компенсаторы справлялись с не самыми резкими маневрами прекрасно. Хомский посматривал на виртуальный экран, выведенный в общее пространство специально для него. Сейчас в боевом режиме сержант словно висел в пустоте, посреди колючих звезд. Позади, если обернуться, видна планета с парой спутников, голубая с белыми вихрями циклонов, и поблескивающие искорки догоняющих перехватчиков. Их еще не было видно невооруженным глазом, но электроника выделяла их на фоне пустоты. Впереди, прямо на линии бледного Млечного пути, пересекающей темное пространство, висела горсть маркеров, так обозначались крупные объекты системного пояса астероидов. И траектория их полета проходила ровно через скопление близко расположенных камней. Между ними было не больше нескольких десятков километров, скорее всего, еще недавно это был большой планетоид.
«Успеваем?» – спросил Хомский у капитана. Басова не было видно, но ощущалось его присутствие.
«Нет, придется их попугать, – рыкнул басов. – Олег, черт тебя дери! Не мог хоть немного подождать…»
Олег, значит. А не Олег ли это Дубинин, адмирал, про которого все новостные ленты землян писали, как о «наводящем ужас на врага?» Будто воинов Арете в принципе можно испугать. Но командиром он действительно был умелым, хоть и ушел на штабную работу довольно рано. После его ухода аретеев побеждали, да, но уже ни разу не разгромом. И вот с этим человеком связался Басов, и не просто связался, он пробрался на корабле врага почти к самой планете, рискуя жизнями всех, кто был с ним. И для этого точно нужен очень веский повод. Который Хомский должен выяснить.
В пространстве развернулась панель наведения, и сразу за этим пришло предупреждение: корветы землян пересекли линию уверенного поражения из лучевого оружия. Умная начинка фрегата подсказывала маневр: погасить выхлоп основного двигателя, на маневровых развернуться носом к противнику и выстрелить. Вот он уже нашел лучшую цель: один из перехватчиков неосторожно подался в сторону, и если попасть в него точно, то он закрутится и собьет вот этот, а если не собьет, то заставит маневрировать, а это снижение скорости, а значит…
Хомский с трудом отвел взгляд от цели и почувствовал, что мысленно нажимает виртуальный курок. Фрегат продолжал двигаться по прямой, нагоняемый перехватчиками, а голос Басова прозвучал спокойно, но с ощутимой издевкой:
«Хорошо, что управление не у тебя. Еще раз – и заберу пушки тоже».
Хомского захлестнула странная смесь злости, стыда и облегчения. Перехватчики были еще далеко, и он занялся вычислением траекторий удара торпед и точечных пушек, предусмотрительно убрав пульт в сторону. Прошло еще минут десять, прежде чем крякнул сигнал оповещения, что они сами попали в зону поражения чужих орудий. Пуск торпед на таком расстоянии еще не был заметен, пусть между ними сейчас оставалось не больше сотни тысяч километров, зато на экране они светились россыпью ярких алых точек. Расстояние сокращалось медленно, на таком удалении сбить все цели на подлете не составило никакого труда. Точечные орудия выбросили по короткой очереди, скорректировали огонь, когда торпеды начали маневр уклонения, потом еще, и красные точки начали сменяться голубыми сферами.
Хомский перенес все внимание на приближающиеся корабли землян, и лишь бросал короткие взгляды на карту системы. До обломков сфероида оставалось чуть больше пятнадцати миллионов километров. А значит, они не успеют скрыться до того, как их настигнут перехватчики. Все же столкновения не избежать.