Я думала, что мои товарищи оденутся по-походному, все-таки горы, но мы все пришли элегантные, в черном, как и на другие концерты. Самира распевается, на шее у нее сверкающий платок. Остролист залезает под подол ее юбки, колет голую лодыжку.
Начинают прибывать машины, паркуются в ряд на дороге. Я не могу поверить, что все они идут к нам, у некоторых в руках телефоны с включенными фонариками. Поляна заполняется людьми. Мы готовимся начинать, зрители садятся на землю, некоторые стоят. Шерифа бродит растерянно, не знает, где расположиться, она еще больше располнела. К ней подходит Дораличе, берет под руку, отводит в сторону. Она такая же худенькая, как в двадцать, во взгляде та же уверенность. Дораличе помогает матери сесть на камень, оставляет ее там, сама подходит поближе. Она садится на траву, скрестив ноги, непослушная прядь спадает на лицо. Ей достаточно одного взгляда, чтобы поздороваться со мной: «Привет, Лючия». Еле заметным движением головы она указывает мне в ту сторону, где Чаранго привязывает лошадь к буку. Даже наш ковбой приехал.
Теперь мы действительно готовы, вскоре Мило даст знак начинать. Мой отец тоже здесь, стоит поодаль в футболке с надписью «Навигация», скрестив на груди руки и накинув на плечи свитер потеплее. Он смотрит на меня, делает вид, что ничего не замечает. Освальдо подходит к нему сзади, хлопает по спине, отец оборачивается. И эти двое отходят в сторону, увлеченные разговором.
Голос Самиры гордо и одиноко поднимается на первых строках. Затем в ее «Эдерлези» вступаем мы, воспеваем вместе с ней одноименный праздник и жертвоприношение ягненка. Услышав пение, Таня и Вирджиния выходят из самой темной части леса, невесомыми шагами идут по лужайке. Мило даже не замечает, как они проходят за его спиной. Они садятся рядом с Дораличе, на груди Тани нефритовое ожерелье, оно лежит неподвижно. Они слушают и улыбаются. «A me čorolo, dural besava / Amaro dive, Ederlezi…»[18] Их палатка неподалеку, они уже собрали все вещи, завтра ранним утром уезжают. Выступление хора сегодня стало для них сюрпризом, нарушило тишину этих лет. В небе над Волчьим Клыком падает последняя летняя звезда.
Я хочу поблагодарить Ауру Скарселлу за встречу у нее дома и долгие телефонные разговоры в восемь утра. Она открыла для меня судебный мир.
Джузеппе Беллелли и Лучано Д’Анджело за указание верных направлений.
Аннариту Глизенти за то, что сопроводила меня в ту церковь.
Эджидио Лаббро Франча, Сандро ди Минко за консультации в области закона и работы полиции.
Карло Вервенна, Лучано Лу Бароне, Берто Костантини – пастухов.
Лидию Дуттило, Массимилиано Карло за хор.
Роберто Крисанте, Альберто де Фебис, Паоло Пасторе за экскурсии. Без них я бы не шагала так уверенно. Франческо ди Симоне за прогулку по ночному лесу.
Ирене ди Сильвио, Диего Помпеи, они знают за что.
Спасибо Паоле Галло, Анжеле Растелли, всему издательству «Эйнауди» за увлеченность и заботу. Спасибо Патриции Ренци, она сопровождает рождение каждой моей книги.
Без Рафаэллы Лопс я бы не написала эту страницу. Она была рядом, когда я пала духом. Благодарю.
Идея этого романа родилась в 2021 году по пути в Рим с Донато Кавиккиа. День был ясный, горы покрыты снегом. Мы вспомнили давнишний случай из криминальной хроники Майеллы. Это смутное воспоминание осталось и больше не отпускало меня. И превратилось в нечто иное.
Я благодарна за конфиденциальность той, с кем мы не встречались, но кто стал моим тихим, невидимым гидом.
