В конце третьей недели ноября Аньель вновь получил письмо от доктора Мура. В нем сообщалось, что ровно в восемь часов вечера тридцатого ноября он будет ждать Аньеля у математического моста. В письме также была приписка с просьбой уничтожить его сразу же после прочтения и ни в коем случае никому не разглашать его содержимое. Это не только заинтриговало юношу, но и вызвало легкий страх. Возможно, доктор Мур каким-то образом узнал, что он поделился радостной новостью с соседом? Весь вечер он ломал голову над этой загадкой, но так и не нашел ответа. А для большей осторожности следующим вечером он сказал Чарльзу, что доктор отменил встречу. Чарльз немало этому удивился, но не сказал ничего, кроме:
– Думаю, ещё назначит.
Гэлбрейту не хотелось поднимать эту тему после того, как Аньель ударил его в театре.
– Мне сегодня нужно написать произведение на двести строчек, в котором необходимо использовать максимальное количество эпитетов, но при этом ни разу не повториться. Так что я надолго засяду за заданием, чувствую.
– Тогда я пойду в библиотеку, – заключил Аньель и, собрав тетради, поспешно удалился.
Все выходные они оба были слишком заняты домашним заданием, чтобы говорить, а когда началась новая неделя, Аньель понял, как он взволнован. Аппетит пропал вместе со сном и он никак не мог ни на чем сосредоточиться. К четвергу, де ла Круа выглядел более чем жалко, но был рад, что его терзаниям вскоре придет конец. Как только на часах пробило семь тридцать, он встал из-за стола и, сообщив Чарльзу, который только что вернулся, что собирается провести вечер за книгами, отправился на место встречи.
Минуты, казалось, тянулись бесконечно. Аньель внимательно всматривался в лица прохожих, надеясь отыскать в них загадочного доктора, но мимо проходили лишь студенты. Когда пробило восемь, его забила дрожь. Он чувствовал, что его жизнь вот-вот изменится. Беспомощно оглядываясь по сторонам, юноша уже почти отчаялся, как вдруг из темноты он услышал голос:
– Я рад видеть вас, мистер де ла Круа. – Мужчина выступил из тени, держа над головой зонт. Не так давно кончился дождь. – Вы минута в минуту.
Мужчина появился перед ним, облаченный в длинное однобортное пальто. На вид доктору было лет тридцать от силы.
– Благодарю вас за оказанную честь, – ответил Аньель. – Я очень рад с вами познакомиться.
Кристиан протянул ему ладонь для рукопожатия.
– Взаимно. Кристиан Мур к вашим услугам.
Юноша на секунду замолчал, обдумывая, как продолжить разговор. Волнение постепенно начало отступать.
– Я принес тетради с исследованиями, о которых писал в письме. Конечно, моя теория требует значительных доработок, но я бы хотел услышать ваше мнение.
– Полагаю, нам стоит присесть в каком-то более сухом месте, иначе ваши тетради придут в негодность из-за дождя.
– Здесь неподалеку есть паб, – робко предложил Аньель.
– Пусть паб. Главное, чтобы никто не посмел нам помешать.
Кристиан выглядел молодо, но все в нем выдавало взрослого мужчину. Что-то в нем и вовсе отдалённо напоминало молодого Люмьера десятилетней давности.
Спустя десять минут они расположились за одним из столиков в том самом пабе, где не так давно Аньель провел полный волнений вечер с Чарли. Вокруг стоял оживленный гул, но это, казалось, нисколько не смущало доктора Мура. Он снял пальто и остался в чёрном пиджаке на темно-синюю рубашку. Удивительно, но глаза Кристиана были так похожи на глаза Люмьера. Совпадение было уникальным, и весь облик Мура располагал к себе лучше, чем все исследования и дипломы доктора. Аньель положил перед ним тетради и слабо улыбнулся. Давало знать о себе нервное напряжение, в котором он пребывал последние дни. Кристиан внимательно изучал его работы не менее двадцати минут, а потом ещё минут десять обдумывал. И только по истечении ещё пяти минут он, наконец, произнёс:
– Ваши наблюдения, анализ и исследования очень достойны, мистер де ла Круа. Я бы хотел работать с вами.
Аньель, который успел порядком измучить себя, не смог сдержать радостной улыбки.
– Благодарю вас, доктор. Когда мы сможем начать? Я бы хотел поближе познакомиться с вашей работой.
– Полагаю, не раньше конца первой недели декабря. Мне необходимо закончить иную работу, и тогда я смогу с вами встретиться вновь. Возможно, это произойдёт и раньше. Я сообщу. Дело в том, что каждый мой день расписан по минутам.
– Я понимаю, – кивнул Аньель, собирая свои записи, – в таком случае буду ждать от вас письма.
– Угостить вас скотчем? Вижу, вы несколько нервничаете.
Кристиан подозвал девушку и заказал две порции. Де ла Круа благодарно улыбнулся.
– Понимаете, в университете буквально каждый мой профессор сказал, что я занимаюсь сущей ерундой. Я беспокоился, что вы сочтете мои записи слишком поверхностными.
– Вам есть к чему стремиться. Но вам не много лет, а потому все впереди. – Мур улыбнулся до боли знакомой улыбкой. – Неужели вы сами додумались до таких мыслей?
