Толпа вокруг затихла, обернулась в их сторону, чтобы понаблюдать за чужой историей, которая их никаким образом касаться не должна.
Вейн застыла на месте, не решаясь шелохнуться. В глазах Сэма сияла ярость, смешанная с огорчением. Как он мог спасти её, если она не желает его слушать? Как он может приблизиться к ней, если она его возненавидела?
Демоны незаметно подошли к Сэму, окружив его сзади. Я же закрыл Вейн своей спиной. Его поступок по отношению к ней, к самому дорогому, что у меня есть, разозлил меня.
— Ты напугал её. Это не очень обходительно с твоей стороны. Даже гнусно.
Руки его сжимались в кулаки, это я давно приметил, но не обратил должного внимания.
— Я думал, ты хоть чему-то человеческому научишься в академии, но все попытки ректора сделать из тебя что-то людское, провалились.
— Ты знал, что это бесполезно, но всё равно стремился к этому. Какого это, разочароваться? — губы мои исказились в лукавой улыбке, раззадорив Сэма, ещё больше ранив его. Это мне и было нужно.
Не сумев перебороть в себе гнев, он направил на меня кулак, как рука его в полёте была остановлена Гэтхемом.
— Что за войны посреди белого дня? — его хриплый, прокуренный голос снова заставил толпу оживиться и поскорее разойтись по своим делам, — Бесы должны существовать там, где им положено. Попрошу больше не провоцировать ненависть в стенах академии, а за ними хоть поубивайте друг друга.
На этой ноте мы разошлись, оставив в мыслях те ядовитые слова, которые могли бы ещё прозвучать.
Когда-то очень давно ректор Вальмонт привёл в академию мальчика, замёрзшего и обессиленного. В ту ночь, уложив его спать, он остался у камина с пареньком, взяв у него клятву.
— Вы, видимо, нашли общий язык! — потрепав его по рыжеволосой голове, ректор протянул ему имбирное печенье в виде морской звезды, — Сэмми, я бы хотел, чтобы ты присматривал за ним. Он не обычный мальчик, так же, как и ты.
— Он тоже не человек?
— Да, поэтому помоги ему понять мир, в котором ты вырос.
— А кто он?
— Надеюсь, ещё одна светлая душа академии.
