— Хочу оставить о себе хорошее воспоминание, — улыбнулась Лена.
— Одного воспоминания мне мало.
— Мне тоже, но ведь это только один уик-энд… будут и другие. — Раз уж так вышло, она решила извлечь из этого пользу.
Не поднимая глаз, Лена чувствовала на себе его взгляд.
— Ты такая бодрая… — начал он.
— Спасибо, Льюис.
— Давай выпьем по бокалу вина и пойдем домой, а?
— Как? Мы ведь только что пришли.
— Мы будем дома через несколько минут… Я не могу уехать в глушь и оставить незаконченное дело. — Льюис хотел ее. Она еще возбуждала в нем желание.
Лена улыбнулась:
— Я предложила провести ленч, как в кино… но это еще лучше.
Она встала и в сопровождении Льюиса пошла к двери.
Они бежали по улице, как подростки. Может, Айви и слышала, как они вошли, но не окликнула их.
Очутившись в квартире, Льюис крепко обнял ее.
— Лена, ни одна женщина на свете не сравнится с тобой. Господи, как ты мне нужна! Просто нет слов!..
Потом она помогала мужу собирать чемодан.
— Я очень сговорчивый человек, — сказал он, когда Лена укладывала его рубашки.
— Что ты хочешь этим сказать, Льюис Грей?
Она решила, что будет смеяться и шутить. Он не должен уехать с ощущением, что дома осталась мрачная и надутая женщина.
— Моя жена не исполняет свой супружеский долг и не сопровождает меня в деловых поездках, — ослепительно улыбнулся он, глядя поверх чемодана.
— Начнем с того, что я тебе не жена.
— А кто в этом виноват? Наверное, я единственный мужчина на свете, который живет с женщиной, объявленной умершей. Если бы я мог, то женился бы на тебе завтра же. Сама знаешь.
— Ой ли? — вырвалось у нее.
— Ну, если ты этого не знаешь, то не узнаешь уже никогда.
Льюис полез в шкаф за нижним бельем, достал трусы, майки, носки и демонстративно оставил на полке два пакетика с презервативами.
— Зачем они мне без тебя? — сказал он.
— Конечно, незачем! — засмеялась Лена.
Но ее смех был неискренним. Между Лондоном и Скарборо куча аптек, торгующих таким товаром.
Наверное, тому виной моя работа в агентстве по трудоустройству, но я все время думаю о том, что ты будешь делать, когда окончишь школу, — писала Лена Кит. — Понимаешь, девушки обычно начинают с самого низа, потому что некому дать им хороший совет. Ты ничего не говоришь о своем будущем, а мне очень интересно, что ты собираешься делать дальше.
Ты даже не написала, будешь ли работать в аптеке или каком-нибудь другом месте или пойдешь в университет.
Ответа пришлось ждать недолго.
Странно, что Вы задали этот вопрос именно сейчас, когда я поняла, что с удовольствием занялась бы гостиничным делом. Есть доводы за и против. Главный довод против заключается в этом мальчишке, Филипе О’Брайене. Я писала Вам о нем Он очень славный, но я нравлюсь ему больше, чем он мне. Я не из тех девушек, о которых мечтают мужчины, поэтому мне это приятно… Но я не хочу, чтобы он подумал, будто я собираюсь учиться в колледже гостиничного бизнеса на улице Катал Вру га только ради него.
Он много раз говорил о там, как мы будем вместе руководить лох-гласской гостиницей. Честно говоря, я предпочла бы стать компаньоном Дракулы и управлять его замком.
«Кому это знать, как не мне, — грустно подумала Лена. — Лучше не скажешь». Но на этом письмо не кончалось.
Ваш муж работает в гостинице. Не могла бы я приехать и поработать у него летом, чтобы набраться опыта? Конечно, если Вы замолвите за меня словечко.
Лена долго сидела, сжимая письмо в руке. Ей в голову пришла абсурдная мысль: а вдруг ничего не подозревающий Льюис вступит в связь с ее дочерью — красивой темноволосой девушкой с лукавыми глазами? Семнадцатилетние — настоящий подарок для стареющих мужчин. А вдруг жестокая судьба подстроила ловушку и захотела, чтобы мать и дочь обольстил один и тот же мужчина? Чтобы у матери и дочери был один любовник? Да нет, об этом и думать нечего.
