– Ну и как тебе активное материнство? Приобретай сноровку, – рассмеялся, глядя на нее, Рафал. – Ничего, ничего, сейчас будет перерыв, – добавил он утешительно.
И точно, за магазином оказалась маленькая железная дорога с тремя вагонами.
– Теперь плачу я, – Рафал протянул мелкие деньги кассиру и посадил Алекса в первый вагон. Матеушек уселся рядом.
– Я буду за ним следить, – важно сказал он Рафалу, и вагончики тронулись.
– Хороший мальчик. – Рафал показал Саре на лавочку.
Она с удовольствием села.
День стоял прекрасный, наконец-то не жаркий, просто приятное летнее тепло.
Сара была счастлива, хоть и измучена.
– Ты к нам вернешься? – спросил Рафал.
– Еще не знаю, – Сара взглянула на него.
Хороший он парень, Рафал! С длиннющими своими ногами и умелым обращением с маленькими детьми. Он помогал ей и не ждал от нее никаких благодарностей. Какой же он и правда хороший! Только раньше она этого не замечала. И один-единственный он узнал ее сразу, с первой же передачи.
– А что, жена осталась дома? – вырвалось у Сары, и она тут же об этом пожалела.
Какое ей дело? Они просто коллеги.
– Она… она… ушла, – ответил через минуту Рафал.
– Глупая сучка, – немедленно отреагировала Сара, – уйти от такого парня…
Ууу… что она такое говорит! Какой прекрасный повод провалиться сквозь землю! Ее бросило в жар. Вагончики подкатили к финишу, и Рафал подбежал к Алексу, чтобы его вытащить, Матеушек выбрался сам.
Мальчишки снова побежали вперед и остановились только возле кафе. На открытой террасе стояли столики.
– Хочу мороженого! – заорал Матеушек.
– Хочу мороженого! – вторил ему Алекс.
– Садитесь и ждите, – строго велел им Рафал и обернулся к Саре: – Ты не возражаешь?
Он встал в очередь и через минуту появился с четырьмя порциями. Мальчики сидели за столиками, Рафал и Сара встали под раскидистым каштаном. Мороженое было так себе, слишком сладкое.
– Когда я сказал «ушла», я имел в виду – умерла. Три года тому назад, – тихо сказал Рафал. Сара вздрогнула.
– Ой, я стдашная идиотка, пдости меня…
Сара почувствовала, что ее заливает море печали, она посмотрела на Матеушека, который ковырялся в мороженом Алекса, и у нее сжалось сердце от любви к обоим мальчишкам.
– Не извиняйся, Сарочка. – Она почувствовала руку Рафала под своим подбородком, и слезы застыли в ее глазах. – Я просто избегаю называть вещи своими именами. «Ушла» – это эвфемизм, так легче жить. Но она умерла. А называть вещи своими именами – стоит, как говорит Таинственная Незнакомка. Успокойся, Сара. Я рад нашей встрече. Может быть, пообедаем вместе? Мальчишки так хорошо играют. Если у тебя нет других планов…
Сара с благодарностью посмотрела на Рафала. Неожиданно стыд и печаль исчезли куда-то. Ну что ж, нужно подумать, перед тем как что-то сказать. Мысль с обедом показалась ей превосходной, ей хотелось поговорить с ним, как-то все это сгладить, не хотелось, чтобы он и дальше принимал ее за круглую дуру.
– Хорошо, – улыбнулась она.
– Кто проголодался? – зычным голосом вопросил Рафал у мальчиков.
– Я! – крикнули оба. – Идем обедать! На обед в «Дак Мак»!
– Только не туда! – в один голос запротестовали Рафал и Сара.
И тут Сара вспомнила, что их ждет мама с котлетами, которые Матеуш заказал утром. Она вынула телефон:
– Мама, ты не обидишься, если…
– У тебя изменились планы?
– Я встретила коллегу, и…
– Так приезжайте вместе…
– Нет-нет, этот вариант отпадает, – и мама поняла, что это не тот, кого приглашают на семейный обед. – Но может быть, ты бы дала нам, – Сара хихикнула, – так сказать, «навынос»?..
– Конечно, дорогая, – рассмеялась мама, и Сара почувствовала, что у нее самая лучшая мама на свете. – Алло, дорогая, а может быть, ты возьмешь Коротыша? Отец уехал на побережье, а мы хотели пойти в кино, вернемся поздно, надо его вывести!
В такси поместились все – два шарика, один в виде жирафа, другой в виде зебры, Матеуш, Рафал, Алекс, Коротыш и Сара с котлетами плюс килограмм сырого картофеля, который в последнюю минуту она выпросила у мамы, и баночка соленых огурцов.
– А можно мне его подержать? – Голос у Алекса был трогательно-тоненький.
– Тетя, Алекс может подержать Коротыша?
– Не сейчас. – Коротыш крутился у нее на коленях и чувствовал себя счастливым. – Но можешь его повести на поводке домой.
– Я тебе покажу, как это делается, – очень взрослым голосом покровительственно пообещал Матеуш.
– Ты не ответила, так ты вернешься к нам или нет? – продолжил Рафал их диалог и наклонился к ней, она ехала на переднем сиденье и почувствовала его дыхание на своей шее.
– Я сама не знаю.
– А будешь дальше вести «Пиф»?
– Пиф-пиф-пиф, – заверещали мальчишки и закатились хулиганским смехом. Коротыш поддержал компанию – азартно залаял.
– Тетя, а можно, когда мы приедем, поиграть с твоим леопардом? – вспомнил Матеуш в русле звериной темы. – У тети есть такой леопард, что в него можно влезть, – с жаром стал он объяснять Алексу.
– И только груди торчат неприкрытые, – добродушно добавил Рафал финальный штрих, и Сара почувствовала, что краска заливает ей щеки, шею и грудь.
И рассмеялась.
