Бояться было явно нечего — здесь вряд ли водился кто-то опасный, а если кто и был, то при виде бронницы точно дал бы дёру. Если правильно помню, животные имеют такую привычку — соизмерять опасность противника по его габаритам и объёму легких, а сейчас Дафна могла бы и медведю внушить чувство своего превосходства. Конечно, с осквернёнными такой трюк не работал — жажда крови была сильнее инстинктов.
— Надеюсь, гоблины будут здесь. Иначе даже не знаю, что остаётся делать. — девушка держала факел высоко над собой, чтобы не обжечь уязвимое место. Высокие потолки пещеры позволяли делать это, хоть небольшой коридорчик и не был особо широким. Дафна помещалась в него аккурат так, чтобы не тереться грудью о скалы.
— Я вчера думал над этим. Говоришь, у гоблинов были огромные носы? Не знаю всей теории, но думаю, что когда они передали тебе монету, то перекинули проклятие с себя на тебя. Возможно, мы можем просто так же скинуть проклятие на кого-то другого, если не найдём гоблинов.
— Ну нет… — Дафна замялась. — Это как-то… Не по человечески, знаешь? Если не я, то кто-то другой будет страдать, так что от проклятия надо постараться избавиться так, чтобы с концами.
Пожав плечами, чего бронница не увидела, я молча согласился. Со временем пещерный коридор стал шире и мы попали в небольшой зал с невысокой дверью, словно специально вставленной в проход для кого-то роста гнома. Или гоблина, что, в общем-то, одно и то же.
— И как мне сюда залезть?! — Дафна недовольно вскинула руки, уже не боясь того, что её груди крайне подвижно реагируют на подобные жесты.
— Прорвёмся как нибудь.
Я уже было начал снимать дверь с петель и вырывать раму, как мой слух уловил крысиный писк где-то в стенах.
— И-и! Что это?! — Дафна подпрыгнула на месте, выронив факел, и побежала ко мне, красочно рассекая воздух своей кормой. Мне же было жутко не от крысиного писка, а от несущихся на меня округлостей.
Из щели в стене высунулась морда лютокрыса. И я сразу же заметил, что голова монстра была больше, чем у тех, что обитают в канализации. Раза втрое. Раскалывая камни, крыса пробиралась сквозь щель к нам, визжа от распирающей её злобы.
— Ы-ыхыхы-ы, Ледас, убей эту мерзость! — девушка тоже визжала что есть силы, уже ретировавшись за мою спину. Да уж, похоже, люди и правда до жути боятся подобных тварей.
Монстр прорвался в зал, я уже стоял наготове, сжимая в руке железный кинжал. Надеюсь, это изношенное оружие возьмёт крысу-переростка. Если обычная крыса была размером с охотничью собачку, с которыми выезжали в лес аристократы погонять кабанов, то эта была похожа на волка. Она как-то связана с той огромной тварью в канализации? Если да, то как? Свалившись на землю и побарахтавшись на спине, пытаясь встать на ноги, монстрятина живо повернулась к нам и рванула со звериным рыком в лобовую атаку. От вида такой крупной туши даже я готов был вспотеть, если бы умел, и возможно даже предпочёл бы сбежать, но Дафну одну оставлять здесь нельзя, так что…
Обостренные чувства, Шаг хищника, Сила бессмертного. Всё на месте. Я побежал навстречу лютокрысу, отчего бронница почти впала в панику, попятившись назад и сползла по двери на пол, пытаясь закрыть лицо руками, но не могла до него дотянуться. Зверь прыгнул на меня, распахнув клыкастую пасть, я же на бегу упал на колени, проскользив под крысой и полоснул кинжалом по грубому брюху. Не зря прокачал ловкость, однако. Лезвие оставило лишь небольшую царапину, наградив крысу розоватой полосой под шерстью, очень скупо обрастающую каплями крови. Хреново. Сгруппировавшись, я развернулся и встал на ноги, согнув колени и выставив оружие перед собой. Крыса так же кувыркнулась и, на моё счастье, сохранила интерес ко мне, а не кинулась на Дафну, которая уже обомлела от вида летящего в её сторону монстра. Лютокрыс, как я и ожидал, был крупнее, но не умнее своих меньших сордичей, так что снова бросился атаковать в лоб. Хорошо, что тактика остаётся той же — ждать прыжка, увернуться и контратаковать. Позволить вцепиться в себя зубами как-то не хотелось — мало того, что ранение окажется посерьёзнее, чем от рядовой крысы, так ещё и у Дафны возникнут вопросы, почему я не кричу от боли и вообще не кровоточу как раздавленный помидор. Плохо, что кинжал шкуру этой твари брал неохотно. Но стратегия, выработанная на Крайнем севере, уже выстроилась в моей голове. Зверь, как и ожидалось, прыгнул на меня. И я был готов.
