Скоро показалась платформа, которая летела над самой землёй, а посреди неё, в окружении телохранителей и жрецов стояла принцесса Анна, гордо и хмуро смотря прямо перед собой. Среди жрецов стоял Винсент, то и дело поглядывающий на крыши и выискивавший кого-то среди толпы, а среди телохранителей была та сама девушка-ирис. Теперь, при ближайшем рассмотрении, сомнений не было — она действительно принадлежит этой величественной расе.
Да и Анна вблизи оказалась совсем не такой, какой её рисовало моё воображение, и, действительно, её возраст не преуменьшали. Она выглядела как самый настоящий ребёнок, на которого надели корону и королевские одежды. Длинные русые волосы были собраны в два хвостика, доходящих до колена, на голове — маленькая корона, которая, видимо, не играла особой роли в культуре Эоффии, если её можно было носить ещё до коронации, за спиной развивался красный плащ с белым меховым обрамлением. Её миловидное лицо, будь оно спокойно, можно было бы назвать симпатичным, но учитывая крайне серьезное и даже уставшее выражение Анны делало её какой-то строгой и не по возрасту мудрой.
— Я представлял её иначе. — теперь я наклонился к Рубин, чтобы сказать ей это на ухо, но между нашими головами неожиданно появилось лицо Стайни.
— Должно быть ты ещё представлял, что она два слова связать не может, а она знаешь какие речи толкать умеет? — сказала авантюристка и исчезла так же незаметно, как появилась, вернувшись на своё место.
— Это верно подмечено. — выражая крайнее согласие сказала Рубин. — Я играла при дворе, и к манерам её величества действительно сложно придраться, даже если очень захочется.
— Вот как. — я посмотрел на принцессу, которая приближалась к нам. — Надеюсь, она будет мудрым правителем.
Платформа приближалась к нам, а напряжение во мне нарастало с каждым сантиметром. Если верить моему сну и предположить, что воробей был аллюзией на Анну, лев на меня, куница на Стайни, а соловей, что уже один раз подтвердилось, на Рубин, то всё обстоит очень плохо. Особенно учитывая, что сворой собак оказалась толпа зрителей, и что с этими собаками в итоге произошло.
— Не нравится мне что-то это всё. — сквозь улыбку Стайни пробилась какая-то мученическая гримаса, когда улыбаешься сквозь боль.
Земля дрогнула.
— Мне тоже. — Рубин заозиралась по сторонам. — Слышите?
Музыка и гул толпы заглушали почти все звуки, но стоило напрячь слух после замечания Рубин, как стало слышно крысиное пищание и странный шелест, доносящийся из канализационного стока. Похожий на шуршание, или шорох… Шорох, с которым бежит искра по фитилю. А фитиль обычно торчит из…
— Бочки с порохом! — крикнул я, закинув Рубин себе на спину, которая не успела отреагировать, и отпрыгнул на крышу позади. Стайни не потребовалось никаких команд к действиям — силуэт девушки дрогнул и она растворилась в воздухе, оставив после себя зелёные искры.
В следующую секунду дорога прямо перед платформой принцессы громыхнула с такой силой, что каменная кладка разлетелась во все стороны и образовала кратер, и вслед за взрывом из дыры бьющим вверх фонтаном полезли лютокрысы. Цепочка взрывов раздалась со всех сторон по всему городу, на улицах началась паника.
— Защищайте людей! — крикнула Анна, сделав шаг вперёд, но её загородили телохранители.
Жрецы сказали всего три слова на магическом языке, создав магический барьер вокруг платформы. Его тут же накрыло волной крыс, и щит, который совсем не выглядел как хрупкий, треснул. Раздался оглушающий крысиный визг.
— Смотрите! — кто-то из толпы закричал, тыча пальцем вдаль. И там, куда он указывал, возвышался огромный лютокрыс, стоящий на задних лапах и оглушающе визжал. Его тело деформировалось, раздуваясь буграми в разных частях, словно он готов был в любую секунду взорваться.
— Понятненько! — звонко отрапортовала Стайни, появившись на горе лютокрысов, навалившихся на защищающий Анну барьер. Одним прыжком назад она выстрелила искрящимся зелёными молниями порохом, что буквально сдул поток крыс с барьера, и полетела, буквально полетела к огромной крысе почти в другом конце города.
— Не стой столбом! — грубо, но в такой ситуации вполне уместно крикнула мне Рубин и побежала вдоль крыши, следом за преследующими людей крысами, достала из-за пояса флейту и наиграла звонкую, режущую по ушам мелодию.
Прыгнув, она крутанулась в воздухе и махнула флейтой как оружием, выпустив в волну крыс слэш из фиолетовой энергии, что разорвал тех монстров, которых коснулся, и разбился о землю поющим фонтаном нот и музыкальных узоров. Трубадурша приземлилась на землю и, перекатившись, приняла боевую позу, начав играть новую авангардную мелодию. Вокруг неё стремительно образовывался вихрь из фиолетовых лезвий, который стал её щитом и играючи разрубал крыс, бездумно несущихся вперёд. Рубин окропило ошмётками и кровью, но судя по её ожесточённому взгляду, дела до этого ей не было. Вихрь становился шире и в конце концов закрыл собой всю улицу, высекая расселины на стенах домов.
