Янина смерила Макса убийственным взглядом. Она осознавала, что ошиблась в Максиме, так как именно он послужил ступенькой к тому, что Ваня дорос до своей выставки так скоро. Если бы она раньше могла знать, что у Вани хватит ума просить помощи у брата, если бы она знала, что у него вообще есть такой брат. Да, сияющий, но совершенно но подходящий для Вани. Трамплин в высоту, для которой у художника еще крылышки не доросли…
— Да, я Муза. — согласилась она, — Но не этого безобразия, которое висит на стене и оскверняет такие чудесные, светлые работы!
Мужчины переглянулись, а Янина с видом самой настоящей ведьмы смерила их жутким взглядом, от которого хотелось спрятаться. Ваня и Макс инстинктивно взялись за руки от страха. Только теперь кузены вспомнили, что она не простая девушка и им стало не по себе, захотелось спрятаться от этой щуплой бестии. Но тут подоспели журналисты, и девушка оставила Ваню одного, хоть он и страстно желал, чтобы она была рядом во время интервью как его муза. Слава Сальвадора Дали явно не давала ему покоя, подумалось ей, но тогда она ошибалась. Если бы только она знала насколько ошибалась…
То, что ей не по нраву его сегодняшний рисунок, и она против всех планов создать из этого рисунка с помощью золота и драгоценных камней брошь не сильно всполошило Ваню. Напротив — он был готов к этому. Позднее он попытается ее успокоить. Но уже то, что Макс и вся его группа остались вроде бы довольны, ему нравилось, так как изначально он ожидал больше препятствий. Очевидно, слава и деньги делают людей более лояльными к таким мелочам. Молодой ювелир выдохнул с облегчением — все складывается как он и планировал, даже еще лучше.
Путь домой был молчаливым, Ваня слегка был уставшим, поглядывал на Янину, сидевшую на боковом кресле. Она тоже молчала, даже не пытаясь смотреть на него.
— Я чем-то тебя обидел? — попытался завязать разговор Ваня, на что она только устало вздохнула.
— Нет, — немного помолчав, ответила она чуть охрипшим голосом. — Я просто испугалась, вот и все.
— Чего ты испугалась? — изумился Ваня и нашел ее холодную руку, — Это же просто украшения! Ты такая впечатлительная, Янина. Не могу же я всю жизнь изображать одну сторону человеческой жизни, она многогранна.
— Ваня, — лишь произнесла она и посмотрела на него с нескрываемой тоской, а затем вновь отвернулась.
— Я всегда стремился быть достойным тебя, ты столько для меня сделала! — говорил Ваня, даже не обращая внимания на ее эмоции.
— Глупости. — произнесла она и уже теплее взглянула на этого глупца, а затем улыбнулась Ване нежной улыбкой. Что творилось у нее на душе было не важно — она хотела взглянуть и увидеть, что творится на душе у него. Но не могла… Уже не могла.
— Послушай, — попросила она, — раз уж ты меня в это втягиваешь, я хочу знать, с чем имею дело. Ты должен рассказать, что с тобой стряслось за каких-то две ночи! Где ты пропадал?
— Но я ни во что тебя не втягиваю, Янина! — проигнорировал ее просьбу об откровенности Ваня, делая невинное лицо.
— Завтра мы по твоей милости встречаемся с человеком, которого при другом раскладе я бы обошла десятой дорогой, так что я жду. — стояла на своем она.
— Он очень мил, этот араб, как на мой вкус, — хмыкнул Ваня, продолжая клеить из себя дурачка. — Юсуф тоже мусульманин, а он — чудесный человек, не вижу причины не доверять ему.
— Дело не в религии. — усмехнулась Янина, — И не доверять ему стоит уже потому, что он замечательно понимает русский, но прикидывается что нет.
— Да ладно! Как ты поняла? — изумился Ваня, поглядывая на девушку.
— По глазам. Он ловил каждое твое слово. Осторожнее возле него, говори думая.
Ваня промолчал, обмозговывая услышанное, а затем усмехнулся.
— Это даже занятно! Знаешь, теперь мне еще интереснее для чего он назначил эту встречу.
Янина поежилась и забрала свою руку у Вани, скрывая досаду.
— Мне тоже. — произнесла она. — Но только лишь затем, чтобы понять врага и знать, как с ним бороться.
На это Ваня ничего не ответил, а затем, когда они выруливали к подъезду, тихо произнес:
— Я найду способ как тебе избежать всего этого, ты права, я не имею права тебя втягивать. Ты должна остаться в стороне.
Это было так внезапно, что Янина не нашлась с ответом. Теперь она поняла, что конкретно он имеет ввиду. Он далеко не глуп, этот ювелир, он давно понял, что она вокруг него возвела обережный круг. Он хочет снять его и идти один! Юсуф оказался прав, Ваня превращался в Воина, и не хотел в случае поражения рисковать теми, кого любил.
Что ж, она была уверенна, что ему не удастся это сделать, поэтому вздохнула с облегчением. Никому не удавалось избавиться от любви ведьмы, которая себе выбрала мужчину! Избранник не может жить вне ее женской силы, поскольку именно такие избранники нуждаются в ней особо. Ваня должен успокоиться через время, и вновь вернется к своему предназначению. Слишком рано он возомнил себя воином. Ей невыразимо полегчало, поэтому она уже знала, что должна в это время находиться рядом с ним.
