— Ты не могла знать в ту встречу, что у Вани хватит ума подключить к себе Максима, которого любыми суммами не искусить. Он стойкий малый, а Ваня — нет. Ты думала, он не раньше, чем через пять лет заявит о себе, и то, если будет слушать веления души. А не прошло и года и ему сулят такие деньги, которые могут сломить любого. Позволь ему сделать то, что он собирается. Я не знаю, я может быть и не прав, но Ваня… он что-то скрывает, что-то ведает. Он что-то надумал. Ты тысячу раз права, когда говоришь, что его воля слаба, но Воин всегда выбирает достойного противника. Он выбрал его и Путь начался. Спаси его Аллах!
— Я не слепая, я вижу, что он темнит! Но раньше он никогда не таился от меня, значит ему есть что скрывать, есть чего стыдиться предо мной. Я должна знать что это.
— И не надейся разгадывать такого рода секреты, — попросил Юсуф, — Доверься своему Миру, он добр к тебе, но только когда ты ему доверяешь.
— Что мне делать? Ваня выбрасывает нас туда, где я не собиралась появляться, и бросить я его ни за что не могу! — пробормотала она едва слышно.
— Теперь уже нет, конечно, ты будешь рядом с ним либо до победы, либо до его конца. И ты это должна увидеть, это — твоя Судьба. Мактуб. Не бойся, он тебя не погубит. Не тебя. Скорее, он погубит себя.
— О чем я только думала, полюбив скромного простого, осиротевшего художника? — спросила с надрывом она у себя, стащила с волос заколку, взлохматила свои кудри и пошла назад, где ее Мастер проходил посвящение в Воины.
Юсуф смотрел ей вслед и когда она ушла, порывисто вздохнул, подняв голову к небу. Взгляд его говорил о страхе, который не смел появиться при Янине. Затем он посмотрел на свои ладони и понял, что теперь эти руки начнут работать над творениями этого молодого гения, который не понимает, во что ввязывается. Но Юсуф сделает все, что в его силах, чтобы путь Воина, который начал Иван, был легче.
Картину и будущую брошь купил тот самый араб, и это точно не было сюрпризом для ее создателя. Но сумма, которую араб был готов вывалить, была точно удивительной. Особенно был удивлен Максим. Сорок тысяч за брошь! Немыслимые деньги, окупающие все — заработную плату, аренду и некоторый материал на месяца вперед. Когда этот покупатель подошел к Ване, он пожал ему руку, смотря прямо в глаза и попросил переводчика сообщить ювелиру, что желает с ним встретиться, обсудить все детали своей покупки. И договорились они на следующий день в ресторане. Ваню просили прийти одного, на что братья как-то странно переглянулись.
— Если это деловой разговор, то присутствие Макса обязательно. — твердо, но чуть улыбнувшись сообщил Иван, давая понять, что споры бесполезны.
— Это будет разговор личный, практически не касающийся дела. — получили ответ братья.
— В таком случае, я вынужден взять с собой свою девушку, если вас это не смутит.
Как раз в этот момент к ним подошла Янина и Ваня, взяв ее под руку, представил гостям как свою любовь и Музу.
— Господин Абдул не имеет ничего против. — перевел переводчик, стараясь не обращать внимания на то, как пристально его клиент смотрит на эту возникшую молодую и интересную девушку, а она, не менее пристально, — на него.
Когда этот таинственный гость удалился, Ваня посмотрел на Янину немного удивленно, так как она выглядела чрезвычайно серьезной и напряженной. Ей сложно было сдержать молнии гнева в своих глазах.
— Что случилось? — спросил он у нее совершенно наивно. — Обиделась, что я пригласил тебя в ресторан с этим Абдулом, не узнав твоего мнения?
— Ваня, это ерунда по сравнению с брошью, которую ты собираешься делать. — чуть слышно проговорила она, пронизывая его колючим взглядом, но его не испугала такая реакция.
— Не вижу причин, по которым я не должен ее делать. — усмехнулся Ваня, показывая неуместную к его нынешнему образу ямочку на щеке, — У нас будут деньги на путешествие, о котором ты мечтала, ведь это чудесно, не так ли?
Она стояла с таким видом, словно на нее ведро холодной воды вылили. Ей было сложно узнать этого молодого человека, так как в его глазах появился блеск азарта такого рода, о котором лучше вслух не упоминать. Но тут подоспел Макс, который пришел в себя и был очень доволен сложившимся положением дел. Он уже и позабыл о тех эмоциях, которые будил глаз змея на спине грешницы, как только узнал о сумме за эту брошь.
— Почему ты не довольна? — изумился Максим, похлопывая по плечу не менее довольного Ивана, — Все даже лучше, чем я надеялся! Сейчас мы дадим интервью, и завтра уже вся страна узнает о том, что есть такой ювелир и такая ювелирная компания «Иван Царевич»! Янина, а ты — Муза! Скоро тебя будут узнавать на улице. Разве ты не рада?
