– Этот жеребец скачет галопом, у него развеваются грива и хвост, ещё немного, и он взлетит над землёй! – мальчик поднял фигурку над головой и заскакал вокруг матери.
– Принимай подарок, в твою конюшню прибыло пополнение. – Елизавета положила на стол три небольшие, величиной с ладонь Петруши, вырезанные из плотной бумаги лошади. – Это отец передал из-под Бородино, специально для тебя вырезал.
Вскоре отца перевели по службе в Омск, и Петрушу отдали в Омское войсковое казачье училище. С новой силой проявилось особое отношение мальчика к лошадям. В свободное время он изучал движение мускулов животных, зарисовывал их с разных ракурсов.
Когда младший Клодт оканчивал училище, тяжело занемог отец. Он взял с сына слово, что тот не оставит военную карьеру и продолжит учиться в Петербурге. Петя выполнил обещание: поступил в Михайловское артиллерийское училище и окончил его в звании юнкера. Вскоре не стало и матери. К военной службе его душа совсем не лежала, и в 23 года подпоручик Пётр Клодт написал прошение об отставке.
«Введёт к себе в тесную квартиру лошадь, поставит, а самому уже негде поместиться; сядет, съёжившись, у её задних ног и рисует или режет из липового дерева, не боясь, что она его лягнёт».
Родители не оставили наследства, но разве бедность может стать препятствием, если без творчества невозможно жить? Первое время барон Клодт продолжал учиться самостоятельно: наблюдал, рисовал, вырезал из дерева лошадей. Необычайно красивые фигурки охотно раскупали, но это приносило мизерный доход, денег едва хватало на еду.
Спустя два года Пётр поступил вольнослушателем в Императорскую Академию художеств. Даровитого и старательного ученика сразу заметили и взяли под своё крыло известные скульпторы Борис Орловский и Иван Мартос. Барон снял крошечную квартирку, расположенную в подвале академии, там же продолжал эксперименты с ваянием и рисунком. На окошке всегда стояли для продажи вырезанные фигурки лошадей.
Шёл 1831 год, когда однажды дождливым днём в дверь квартиры начинающего скульптора постучали.
– Здесь живёт барон Клодт? – подтянутый военный удивлённо рассматривал жилище.
Навстречу гостю вышел худой бледный брюнет в ветхой одежде и грязных сапогах.
– Я барон Пётр Яков Клодт фон Юргенсбург. Чем могу служить? – горделивая осанка не позволяла усомниться в правдивости его слов.
– В таком случае, господин барон, извольте завтра прибыть в императорские конюшни по приглашению императора.
На следующий день Пётр Карлович беседовал с императором. Государь вскоре предложил ему поучаствовать в коллективной работе вместе с известными скульпторами Пименовым и Демут-Малиновским над «Колесницей Славы», расположенной на Нарвских Триумфальных воротах. Шестёрка коней, несущая колесницу, принесла признание начинающему скульптору.
После выставки в 1833 году Пётр Карлович получил звание «назначенного в академики» благодаря скульптурной группе «Укрощение коня человеком». Решено было использовать её для украшения нового моста через Фонтанку на Невском проспекте.
С 1838 года Клодт работал над двумя одинаковыми скульптурными группами. Ими украсили Аничков мост, после чего Николай I отправил две из них в подарок прусскому королю Фридриху Вильгельму IV. Заменившие их скульптуры были также презентованы императором королю обеих Сицилий Фердинанду II. В 1850 году он сам отлил две совершенно новые группы и установил на мосту. Так родилась композиция «Укрощение коня человеком».
По задумке скульптора, нельзя одновременно рассмотреть весь ансамбль, можно только постепенно переходить от одной фигуры к другой. Перед зрителем разворачиваются картины обуздания коня, символ борьбы человека с непокорными силами природы. Сегодня невозможно представить Невский проспект в Санкт-Петербурге без знаменитых на весь мир коней.
Есть и другие известные работы Петра Клодта, установленные в его родном городе. Памятник Николаю I перед Мариинским дворцом имеет сложную конструкцию, опирается всего на две точки. Особой любовью горожан пользуется памятник Ивану Андреевичу Крылову в Летнем саду.
Профессор, преподаватель академии, заведующий литейной мастерской до старости занимался любимым делом. А ушёл из жизни Пётр Клодт внезапно, во время работы над фигуркой лошадки для своей маленькой внучки.
«Барон, твои кони лучше моих жеребцов!»
– Хорошо, очень хорошо, – похвалил сына Андрей Иванович, рассматривая удивительно зрелый для шестилетнего ребёнка рисунок.
– У меня долго не получался старик, но я вспомнил, как вы учили… – Деликатный стук в дверь прервал мальчика.
